Их жаркий ноябрь

А завтра в обед у меня свободное окно, я заеду за вами с Евой, и отправимся в турагентство, подберем отель для нашего первого путешествия. Тебе необходимо сменить обстановку и развеяться. В Дубае будет самое то, чтобы подлечить расшатанную нервную систему.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Да, наверное. Отвези меня домой, пожалуйста.

Почему-то всхлипываю. Прикрываю рот рукой, но ничего не могу с собой поделать, рыдания вырываются из груди против воли.

— Уже едем, — понимающе кивает Костя. Касается моей щеки, сочувственно хмурится. Включает зажигание, и машина срывается с места.

Я отворачиваюсь к окну и рассматриваю серое небо. Пытаюсь успокоиться. На душе скребут кошки. Я не хотела, чтобы мой развод закончился вот так. Я просто хотела свободы. Смерти своему мужу я точно не желала.

Глава 56. Константин

Утро в офисе. Игорь в деловом костюме мечется туда-сюда по кабинету главбуха — кипит работа по проекту с ворованными тачками, на которые возлагает огромные надежды Паша Бобров.

Сам Бобров звонил уже три раза с утра, все ждет, когда ему на счет переведут средства. Но в частном банке, на счету которого лежат средства от «Покровский и К» какая-то заминка. Нагрянула проверка, и теперь вся работа встала. Раньше утра следующего дня ничего не выйдет с переводом.

— А ты не закипай, Паша! — рычит в телефонную трубку Константин. — Здесь от нас ничего не зависит. В сауну скатайся, водки выпей. Глядишь, и отвиснут все операции в банке.

Такие суммы переводить — это тебе не блядей по ресторанам катать!

Как же бесит его Бобров! И не соскочишь уже с гнилого паровоза, раз бумаги подписаны. Да и как соскочить, когда у Бобрика нет в душе ничего святого. Он ребенка застрелил, просто так, потому что психанул. А у мэра сын был младший, любимый. Дочь осталась, да разве это жизнь, когда твой ребенок погиб ни за что? Из-за мразей, подобных Бобрику, которым все мало? Нет, Костя, конечно, тоже ничем не гнушался. И драки были, и из автоматов стреляли, если делиться бизнесом друзья по бане не желали.

Но детей он никогда не трогал. А теперь у него Ева есть. И это в корне меняет взгляд на жизнь. Можно ведь и меньше иметь, но без жутких махинаций с законом и чужими жизнями.

Дверь кабинета тихо приоткрылась. Заглянула Ника. Константин посмотрел на сестру и невольно вздрогнул — синяк на пол лица.

— Это кто тебя так? — поморщился он.

Ника лишь покачала головой, не желая говорить. Не удержалась, всхлипнула.