Их жаркий ноябрь

 — Да мы все телефоны оборвали с утра.

— Жить хочешь?

— Хочу.

— Тогда срочно замораживайте все счета. Бобрику ни копейки не переводите.

— Ну, ладно… — побледнел брат.

Видимо, смекнул — неладное что-то творится.

— Сиди в офисе и жди моего звонка. Нику успокой, она у себя в отделе.

— А что с ней?

— Пойди к ней, и сам узнаешь. Все, я уехал в администрацию. У меня там дела.

Спустился на подземную стоянку, сел за руль своего «БМВ» и рванул на Садовую, в приемную мэра.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 57.

Они сидели в кабинете мэра за плотно закрытой дверью уже сорок минут. Бледный и осунувшийся, мэр курил сигарету за сигаретой, и у него дрожали руки.

— Владислав Сергеевич, фотограф, отснявший это видео, позавчера был застрелен в своей машине. Не спрашивайте, как у меня оказался пакет с видео и фотографиями. Просто подумайте, как передать их в высшие инстанции? Туда, куда не дотянутся лапы Боброва? Если у правосудия есть шанс, его надо использовать.

— Даже не знаю, как вас благодарить, Константин Владимирович. Но я знаю, что вы же в проекте с автомобилями тоже участвуете. Зачем вам лишние потери в бизнесе?

— Я больше не хочу сотрудничать с Бобровым. У меня теперь есть семья. Маленькая дочка, жена. Я хочу жить спокойно. И если эти материалы помогут посадить за решетку преступника, виновного в смерти вашего ребенка, я вздохну спокойно.

— Вы оказали мне неоценимую услугу, Константин Владимирович. Сегодня же материалы по делу моего маленького сына уйду в следственный комитет.

— Значит, фотограф погиб не зря.

— Не зря, поверьте. Теперь правосудие точно восторжествует.

Мэр протянул ему руку, крепко пожал.

— Спасибо вам, Константин Владимирович. Огромное спасибо. Вы оказали мне неоценимую услугу.

— Желаю удачи.

Константин вышел из на улицу. Сердце бешено колотилось.

Посмотрел на экран телефона. Три пропущенных вызова от Ани. Спохватился — он же обещал ей после обеда в тураегнтство съездить.

Набрал номер.

— Анют, ты как там?

— Уже лучше, спасибо. Ждем тебя с Евой.

— Собирайтесь, я еду уже.