Я куплю тебе новую жизнь

Они выбрали разные способы борьбы с внешним миром, и сейчас, неукротимо притягиваясь друг к другу, они все же не могли существовать на одной орбите. Соприкасаясь, сладко жалили друг друга. Ну, а дальше как?

Заговорили только полтора часа спустя. У ворот дома. И, как Стася ни готовилась к худшему, все получилось болезненно неприятно.

– Мы должны оставаться вменяемыми, – жестко осадил Аравин любой ее порыв.

Она лишь молча посмотрела на него.

А потом зазвонил телефон Егора, лежавший на приборной панели.

«Лена К» – для Стаси это имя, словно удар под дых.

Стремительно выскочила из Ауди, громыхнула дверью. Пока бежала к воротам, слышала, как вышел из машины Аравин.

– Стася, стой!.. Бл*дь... Стаська!

Ввела код безопасности быстро, как никогда. Резко распахнула ворота и буквально промчалась через освещенный высокими фонарями двор. Улавливала позади себя глухие шаги Аравина. Но и мыслей не было останавливаться.

Если посмотреть правде в глаза, Стася сбегала.

– Настя! – от приглушенной силы Аравинского голоса по коже Стаси прошелся пугающий холодок.

Очень редко он ее так называл.

На заднем дворе стояла практически кромешная тьма. Стася скользнула в ее спасительные объятия, отчаянно не желая сегодня встречаться лицом к лицу с Аравиным.

«Очень зрелый поступок».

Егор застыл в небольшой тусклой полоске света позади дома. А она и моргнуть боялась, внимательно наблюдая за его мощной напряженной фигурой. Сердце безумно заколотилось в груди, улавливая повисшую над Стасей опасность.

Хорошо, что она успела натянуть курточку: светлых пятен на ней не осталось. И все же испытываемое ею удовлетворение являлось весьма смутным."

"– Прекращай, черт возьми! – сдавленно прорычал Егор, и она ощутимо вздрогнула.

Амбивалентность9 желаний пошатнула ее здравое мышление.

– Прекращай этот детский сад! – потребовал Аравин, ступая в окружавшую ее темноту.

Сладкова понимала, что счет пошел на секунды. Ее дыхание стало громче, глаза закрылись.

– Стася... – предупреждающе прошипел Егор.

Теперь, когда она не видела его, а могла только слышать, ее волнение в стократ усилилось.

Все органы чувств заострились.