Я куплю тебе новую жизнь

Переворачивала все внутренности. И это ощущалось чертовски правильным. По-другому и не должно было быть. Потому что именно так – это настоящее!

Удерживая в своих руках дрожащую Стасю, Аравин улетал.

Упивался ею, пока сила воли сиганула вниз с этого моста. Он лизал ее сладкие губы. Касался языком ее языка, много острее, чем обычно, ощущая его влажную шершавость.

Горячее возбуждение растекалось по натянутым венам и отзывалось сладкой болью в области паха. Егор знал, что не получит главный приз, но это нисколько его не останавливало.

Не было никакого плана. Никакой тактики. Просто долгожданная близость.

То, что он чувствовал, ощущалось невероятным. Потому что впервые задевало не просто поверхностно. Каждая часть его тела откликалась на Стасю.

Как объяснить? Аравин словно провалился в холодную воду, и там неожиданно попал в теплое течение. Кожу покалывало, мышцы под ней дрожали.

Он потерялся от полноты своих ощущений!

И не мог остановиться, пока Стася мягко его не оттолкнула.

– Я не могу дышать, – быстро глотая воздух, сказала она.

Егор же и не был готов отпустить Стасю так быстро, и понимал, что должен это сделать. Оставляя на ее щеке быстрые поцелуи, переместил руки ей на талию. Легко приподнял над собой, наслаждался тем, как ее волосы обволакивают его лицо. И поцеловал в губы на этот раз очень сдержано. Коротко.

Опуская Стасю на ноги, отстранился и отошел на приличное расстояние.

В попытке успокоить колотившееся сердце и выровнять судорожное дыхание, Сладкова обхватила себя руками. Она во все глаза смотрела на Аравина, и его потяжелевший взгляд читался ничем иным для нее, как «у нас большие проблемы». Но Стася не хотела сейчас возвращаться в трезвое мышление.

Впервые за сегодня она ему улыбнулась. И Аравин, тяжело контролируя интенсивную пульсацию в груди, осознал: что бы ни случилось, он всегда будет ее любить.

***

Их обоих словно замкнуло. Всю дорогу молчали, не в силах что-либо обсуждать. Реальность кричала о том, что в каждом из них таились семена саморазрушения. Что Аравин, что Сладкова: оба трудные люди.