Горсть патронов и немного везения

Ну конечно, я бы ее не потерял — не таких «водил» по столице! — только переть до самого Дмитрова, да еще «со всеми остановками» было нецелесообразно: что, если она просто ехала к родственникам или по поручению кого-то из подельников? Получится, что прокачусь я с ней зазря — только потеряю бесценное время и не смогу без оставленной на вокзальной площади «сапфиры» прийти на помощь Викентию, если что.

Я вошел в наполовину заполненный пассажирами вагон и сел напротив.

— Здравствуйте, Евгения Васильевна, — сказал без каких бы то ни было эмоций.

 — Вы меня узнали или будем знакомиться заново?

Она вздрогнула, прижала к себе сумку. Самообладание покинуло ее напрочь — губы дрожали, веки опускались, как у человека, вот-вот готового рухнуть в обморок; слой штукатурки на ее лице не мог скрыть мертвенной бледности.

— Что вам от меня нужно? — задала она сакраментальный вопрос свистящим полушепотом.

«Сожрать бы тебя с потрохами!» — услышал я в нем явственный подтекст.

— Мне нужно, чтобы вы не совершали алогизмов, мадам, — неожиданно для себя перешел я на стиль, которым изъяснялся с ней при первой встрече. Похожесть ее на знаменитую артистку навязывала такой, что ли? — И не нужно смотреть на меня волчицей. Во-первых, я вас не боюсь, а во-вторых, люди могут подумать, что я пристаю к вам с сексуальными домогательствами, что ни в коей мере не входит в мои планы.

— Пош-шел отсюда к черту, идиот! — оценила она мои старания. — Иначе я сейчас такое устрою!

Я улыбнулся, как сказал бы какой-нибудь прижизненный классик социалистического реализма, «обескураживающе и простодушно»:

— Я не идиот, — заверил свою визави.

 — Я частный детектив из бюро «Шериф», моя фамилия Столетник, а зовут меня, между прочим, так же, как и вас — Евгением. Можно Викторовичем. Устроить вы ничего не посмеете, потому что скрываетесь от милиции. Иначе зачем было столь старательно менять свою внешность, к слову сказать, очень приметную: по такой изготовить фоторобот — раз плюнуть. И зачем просить Зою Алексеевну Шныреву подносить сумку с вещичками, пропустив положенное по графику дежурство, а не забрать ее самой?

Она задышала глубже и чаще, чем дышат женщины в ее возрасте, и я мысленно поклялся ее здоровьем, что впредь буду носить с собой ампулу нашатыря. Пока же пришлось переждать нокдаун, в котором она пребывала, изучая пробегавший за окном пейзаж столичной окраины.