Горсть патронов и немного везения

Наконец я выбрался до половины и потеря равновесия мне больше не грозила.

Судя по кромешной тьме и запаху бензина, я оказался в гараже. Оставался последний рывок, я подобрал под себя согнутые в локтях руки, и в этот момент кто-то тяжелый наступил на крышку люка, едва не выпустив из меня кишки, вспыхнул яркий свет, и одновременно в лицо мне брызнула мощная струя газа.

Хорошо, что я всю жизнь занимался спортом: прочности тренированного организма еще хватило, чтобы успеть почувствовать рывок за волосы, удар головой о стену и напоследок увидеть небо в алмазах.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава первая

1

— Гарибальди! Вылитый Джузеппе Гарибальди! Что за Рисорджименто ты возглавил, Викентий?

Безногий Всеволод раскатывал по старому паркету в своей коляске, с восхищением глядя на брата.

— Опять курил всю ночь? — буркнул Викентий, заметив полную окурков пепельницу на столе с пишущей машинкой «Колибри», отпечатанными и исчерканными маркером страницами, стопами «Истории дипломатии» и сочинений Е.

— Нет, ну вы посмотрите на него! Еще вчера без пяти минут бомж, сегодня — состоятельный господин. Я жажду услышать рассказ о том, как тебя едва не сбила карета королевы! Пойди покажись маме!

У Всеволода был диабет. Ему по частям отрезали ноги, но сознание неминуемой смерти угнетало его меньше, чем положение брата. Сейчас он был искренне рад.

— Поменьше эмоций, Сева, — горько усмехнулся Викентий.

— Да Бога ради, Викентий! Машина в гараже. Сашка ее помыл и заправил. Часы в серванте, только они давно не заводились — я и без них знаю, что сейчас сентябрь. А чемодан на антресолях, — последнюю фразу Всеволод произнес явно нехотя, сразу изменился в лице и отвел взгляд.

— Даю, даю…

— Викентий! — брат крутанул колеса на резиновом ходу. — Ты ведь знаешь, Сашка…

— Перестань, — скорее приказал, чем попросил тот. — Твой Сашка, мой Ванька, Тоня, мать и ты — я помню, — он пристально посмотрел в глаза брату и членораздельно повторил: — Я обо всех помню.