Голод. Одержимые

Сука!

Я бы даже посмеялась над его шуткой и громом в голосе, если бы он не нагнул мою голову и начал пихать ее под кран, размазывать макияж по лицу, пихать мыльные пальцы в рот.

— Мой рот, я сказал, чтобы забыла вкус своего уебка, пока я не убил его.

Я сопротивляюсь и отплевываюсь.

— Больной! Ты что творишь! Ублюдок! — кричу ему, уже не чувствуя ничего от недавней нежности и неги, только желание сделать так же больно, как мне сейчас. От его грубости. Жестокости. Хамства.

Почему он поступает так?!

Но от холодной воды в голове как-то разом проясняется туман.

И мое вялое сопротивление превращается в настоящую схватку. Я кричу. Извиваюсь змеей. Царапаю его руки. Наступаю каблуком на ноги и ладонью трескаю по уху.

— Сволочь! Гавнюк! — ору, что есть сил и вижу, как он пытается сдержать стон боли. Секунда, рык и вот он снова пихает мое лицо под высокий кран, заставляет захлебываться ледяной водой, что уже стекает по телу, намочила платье, трусы.

Дергаюсь и тут же чуть не поскальзываюсь. Он резко задирает мою ногу и снимает туфлю. Потом другую. Держит за волосы. Готов содрать скальп.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 17.1 Василиса

— Оделась как шлюха, ведешь себя как тварь. Ты совсем долбанулась?! — рычит он над головой, продолжая смывать обильный макияж, который я сделала. Ну, как умела.

И только полностью смыв с меня остатки краски, он собрался отпустить волосы, но мое горло сдавил спазм и от ряски возник рвотный позыв.

Сдержать его сил не было, и я сливаю в раковину под матюки Макара большую часть выпитого алкоголя и легкого ужина.

Полощу рот уже сама в тишине. Почти не чувствую, как он стягивает с меня бл*дскую тряпку, трусы, оставляя беззащитно обнаженной.

— Ты меня достала, сидишь в голове как клещ, пьешь кровь.

Макар вроде бы ругает, а мне хорошо…

И без лишнего алкоголя в голове хорошо, и от яркого света, и особенно от присутствия Макара.

"Сплевываю последнюю порцию воды и поднимаю взгляд. Смотрю в напряженное мужское лицо в зеркало, на руки, что продолжают крепким захватом держать мои влажные волосы. На жадный взгляд, которым он ласкает мои заострившиеся от холода сосочки.

А может, не только от холода.

Зачарованно тянет к ним руку и получает хлесткий удар.