《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

- И теперича ты в бегах? – едва ли не со злорадной усмешкой спросил Фёдор.

Афанасию хватило одного взгляда на этот коварный прищур, на искру той живой дерзости в очах юноши, что от сердца отлегло.

- И куда ж путь-дорогу хоть держим? – вопрошал Фёдор.

- На Белоозеро, - ответил Вяземский.

- А чай, - Басманов чуть прищурив взор, - не туда ль ты свозил этих своих…

Князь кивнул.

- Всё так, всё туда, - ответил Афанасий.

- Так коли ты там завсегдатай, - всё недоумевал Фёдор, - тебя ж признают? Поди, в Кремль доложат, а там и Малюта проведать тебя, поди, паче меня видеть захочет.

- Главное, чтобы тебя не признали, - молвил Афанасий, да окинул Фёдора взглядом с ног до головы.

Облик Басманова разительно переменился. Взгляд был совсем иным. Щёки впали, пуще прежнего очертив резкие скулы. Но боле всего была приметна тёмная щетина.

Покуда они держали путь свой, им нередко приходилось спать под открытым небом. Даже будь у Фёдора нынче под рукой и тёплая вода, и годный клинок, чтобы не оцарапать кожи, и зеркало искусных мастеров, то всяко не помогло бы.

Руки Фёдора придавались дрожи так часто, что сам юноша уже не мог с ними совладать. Во время езды верхом он стискивал, сколь было ему посильно. И всяко, со гнусной досадой Фёдор ловил себя на этой трусливой дрожи.

Как и сейчас, сидя подле костра, юноша сцепил замок, да покрепче.

- Ну и как тебе твоя затея? – вопрошал Фёдор.

Афанасий кивнул, точно прося изъясненья.

- Не знаю, чего ты хотел сим устроить, да всё впустую, - пожав плечами, молвил Фёдор, - От нынче сам в бегах, да опале, и ничего не поимеешь с меня, - с какой-то лёгкой грустью молвил Басманов.

Вяземский пожал плечами, взводя голову к небу.

- Ну, авось на Страшном суде, нет-нет, да зачтётся, - ответил Афанасий, выискивая первые звёзды.

- От тем более зря, - с тихим злорадством молвил Фёдор, - Поди, за мою-то жизнь тебе токма накинут мук пострашнее.

«Хоть на себя похожим делается, а не то было ж… От, Алёшка, и наказал ты мне работёнку, наказал…» думал князь, да согласно кивнул, разведя руками.

- Завтра в вотчину прибудем, людей возьмём. Обставим всё, что ты опальный князёк, - наставлял Вяземский, - Рот на замке держи. У тамошних, у белоозёрских, свои счёты с опричниками.

Фёдор кивнул.

На сим князь потянулся, утомлённый тяжёлой дорогой.

- Афонь, - молвил Басманов, и Вяземский тотчас же обратил взор к парню.

Фёдор поднял глаза, положил руку на сердце.

- Спасибо тебе.