《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Фёдор отстранился от государя, взявшись за сердце, а лице своём изобразил удивление. Наконец, Басманов обернулся ко всей братии да к Согорскому.

- Пущай княже и явился в обитель нашу, пущай и поносит меня да отца моего – нет мне злобы на него. Едва ли припомню кого боле верного делу, да славного, благородного князя, нежели вы, Иван Степаныч. – молвил Фёдор, плавно потирая свои руки.

Согорский с холодным призрением слушал те речи, полные неприкрытой лести.

- Государь! Велите доброму князю причаститься нашей братии! – торжественно провозгласил Фёдор.

- Нет мне места подле вас! – отрёкся Иван.

- Так то измена? – спросил Фёдор, приподняв брови.

Согорский коротко выдохнул, глядя с палящей ненавистью на Басманова.

- Извольте, великий царь, служить вам в земщине. – просил князь.

- Представ пред моим судом, поклялся, помниться, принять любую волю мою? – спросил Иоанн, потирая свой затылок.

Согорский стиснул зубы, но кивнул.

- Отныне слово твоё будет равно слову каждого из братии. – молвил владыка, подав руку с царскою печатью вперёд себя.

"- Давай присягу, Согорский. – молвил Фёдор, проходя мимо князя, да хлопнув его по плечу.

Иван резко отвёл плечо, глядя на юношу в гневливом презрении. До чего же то позабавило Фёдора – юноша не сдержал радостной улыбки на своём лице, да усмехнулся себе.

…

- Кому это не спится?... – проворчал Вяземский, глядя на дверь своих покоев.

Афанасий сидел на кровати, подле него на табурете сидела знахарка, девчушка из подмастерья Агаши.

Нынче рука разнылась пуще прежнего – то ли шибко туго стянулась повязка, али ещё какой недуг разыгрался, но надобно было переменить перевязь.

Стук в дверь в столь поздний час застал врасплох обоих.

- Пошёл вон! – рявкнул Вяземский.

Несмотря на ярое недовольство в басистом голосе, дверь всяко отворилась.

- Ага, вот ты тем более! – закатив глаза, добавил князь.

- Вам лучше, Афанасий Иванович? – премило улыбнулся Фёдор, глядя на руку Вяземского.

Князь тяжело вздохнул да пожал плечами.

- Не томи уж. На кой явился? – спросил Афанасий, указав на сундук подле кровати.

- Я пришёл уж перед тобою заступиться за друга своего давнишнего. – молвил Фёдор, сев на указанное место.

Юноша сложил руки в замке, да упёрся локтями в колени.

- То-то он от чувств дружеских, видать, был готов прирезать тебя. – усмехнулся Афанасий.

Фёдор улыбнулся, прикусив губу.

- Есть такое.