《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

- До захода солнца уж будем в Новгороде. – с поклоном ответил мужик.

Фёдор с радости дал холопу водки, а сам не мог найти себе места. Бесцельно метался юноша по кораблю, всё высматривая впереди чудный град. Фёдор вышел к носу корабля, и супротив предупреждений Вяземского, едва ли не полностью высовывался за борт, будто то могли приблизить прибытие.

С тем же усилился ветер, точно потворствовал желанию Басманова. Паруса расправились от нагнавшегося воздуху.

До чего же возрадовался юноша, когда завидел вдалеке светлый град, утопающий в медовых лучах позднего солнца.

Закат пробивался через редкие облака, румяня золотые купола соборов.

Басманов стоял весь завороженный, не веря очам своим. Сердце его замирало от восторга, а в памяти пробуждались далёкие воспоминания.

Смутно всплывал образ отца, много моложе, нежели сейчас. Сам Федя был крохой ещё, и сидел на плечах отца своего, и диву давался красе города, точно сошедшего из старинных сказов.

В тот раз прибывали они с батюшкой на судне, что было много больше нынешнего.

Бегали по борту здоровые мужи, плечи да спины обгоревшие. Иной раз маленький Басманов видел размытые рисунки на телах, и хотел было испросить кого, да всем было не до мальчонки.

Как сейчас Фёдор слышал громогласные окрики своего отца. Безбожно Басманов поносил да подгонял людей своих, веля уж причаливать, покуда Федя глядел по сторонам, силясь разгадать устройство корабля.

Память о былом лишь боле подогревала пылкую страсть в душе юноши.

Резкий порыв ветра настиг судно. Паруса отогнулись, а вместе с тем и корабль знатно шатнуло. С тем Басманов был застан врасплох, и, чай, вывалился бы вовсе за борт, да ощутил крепкую хватку, швырнувшую его обратно на палубу.

- Да что ж тебе неймётся! – разразился Афанасий.

Фёдор поднялся с широкою улыбкой на устах, отряхнув подол кафтана.

- Вон уже! Видно его! – радостно провозгласил Басманов да указал рукою на славный град.

- Федя, мы об чём условились? – спросил Вяземский, скрестив руки на груди.

- Об чём? – спросил Фёдор, одной ногою и вовсе вставая на сам борт, но на сей раз уж крепко ухватился за натянутую верёвку подле себя.

- Удаль свою в иной раз кажешь миру. – наказал Вяземский. – А нынче уж сберегись пару дней, покуда я в ответе за светлую твою головушку!

- Да не серчайте уж по всякому пустяку, Афанасий Иваныч! – молвил Фёдор, всё с большим замиранием сердца глядя, как там, вдалеке вырисовывается Новгород.