Гарри Поттер и Кубок Огня

— Сам ты очень даже неплохо ладил с мадам Максим, — разозлился Гарри.

— Не говори мне о ней! — взвился Огрид. На миг у него вдруг сделался очень устрашающий вид. — Я её раскусил! Хочет в доверие опять втереться, выведать, что будет за третье испытание! Дудки! Нет им больше веры!

Огрид жутко рассвирепел, и Гарри был только рад попрощаться с ним возле Толстой Тёти. Сквозь дыру за портретом он пробрался в общую гостиную и кинулся в тот угол, где сидели Рон с Гермионой, — рассказать им, что случилось.

Глава двадцать девятая. Сон

— Короче, получается следующее, — Гермиона потёрла лоб, — либо мистер Сгорбс напал на Виктора, либо кто-то напал на обоих, а Виктор его не видел.

— Скорее всего, Сгорбс, — немедленно отозвался Рон. — Потому его и не было, когда Гарри привёл Думбльдора. Сбежал.

— Сомневаюсь, — покачал головой Гарри. — Он был слабый — по-моему, у него и сил не хватило бы дезаппарировать или ещё что...

— С территории «Хогварца» нельзя дезаппарировать, ну сколько раз повторять! — не выдержала Гермиона.

— Ну хорошо... а как вам такая версия, — разволновался Рон. — Крум напал на Сгорбса — нет, вы послушайте! — а потом сам себя ударил сногсшибателем!

— А мистер Сгорбс после этого испарился? — холодно поинтересовалась Гермиона.

— Ах да...

Светало. Гарри, Рон и Гермиона тихонько вышли из спален очень рано утром и побежали в совяльню посылать записку Сириусу. Теперь они стояли и смотрели на туманный двор. У всех троих были опухшие глаза и бледные щёки: вечером они допоздна обсуждали случившееся.

— Расскажи ещё раз, Гарри, — попросила Гермиона. — Что именно говорил мистер Сгорбс?

— Я же уже сказал, он говорил очень непонятно, — ответил Гарри. — Говорил, что хочет о чём-то предупредить Думбльдора. Определённо упоминал Берту Джоркинс. Похоже, он считал, что она умерла. И всё время твердил, что это его вина... про сына говорил.

— Что ж, это — действительно его вина, — презрительно процедила Гермиона.

— Он был не в себе, — продолжал Гарри, — половину времени он как будто думал, что его жена и сын живы, и ещё всё время разговаривал с Перси про работу, отдавал ему всякие распоряжения.

— А... напомни, как он сказал про Сам-Знаешь-Кого? — боязливо попросил Рон.

— Я же говорил, — без выражения повторил Гарри, — он сказал, что тот сильнее.

Повисло молчание.

Потом Рон с фальшивой уверенностью заявил:

— Но он же был не в себе, значит, как минимум половина — бред...