Гаран вечный

Неужели она не понимает опасности, если это мнение получит широкое распространение?

Может ей, Эрии, следует хранить при себе свои наблюдения, может, она дает оружие в руки врагам?

И тут выражение лица Хуны изменилось. Она отбросила свое безразличие, в ней пробудился интерес.

— Значит, ты находишь, что они стали менее подвижными, более инертными? Скажи мне, сколько их не подчинилось тебе в этот раз?

— Почему ты думаешь…

— Почему я думаю? Потому что ты боишься, Эрия. Да, я чувствую твой страх. Ты пришла узнать, почему я отказалась от Глаз.

Поэтому я решила, что ты тоже считаешь, что твои силы слабеют. Здесь нет места тем, кому Глаза не подчиняются. Не лучше ли покориться и отдать Глаза до того, как народ потребует испытания, после которого их сорвут с тебя и ты станешь ничтожным, достойным только сожаления существом!

— Это не просто, — Эрия попыталась отвергнуть обвинения. Но не так просто солгать тому, кто носит Глаза. — Фани говорит на совете. Он настаивает на возвращении к Кормлению.

Он обещает, что Голос заговорит…

— Предположим, что это правда, и Голос сообщит о следующем шторме, таком же сильном, как этот? Предположим, что носитель не сможет заставить Лурла выполнять их задачу, у него не получится — тогда из-за его тщеславия падет Норнох!

— Это не тщеславие, нет. И не страх, — запротестовала Эрия — Если мы вернемся к Кормлению, то мы сразу же вернемся к тому, с чего начали, забудем учение Гана, погрязнем во Зле. Ведь Кормление Зло, в этом я уверена!

— Странные слова из уст того, кто поклялся управлять Лурла, не щадя ничего, даже собственной жизни! — Это был голос мужчины.

Эрия быстро повернулась, чтобы увидеть говорящего.

— Фани! — прошептали ее губы.

Он стоял горделиво в дверях, выше, чем многие мужчины, может быть, менее развит физически. Его быстрый острый ум светился в глазах. В этот момент Эрия интуитивно поняла, почему он представляет угрозу ей и таким, как она. Фани имел власть, но не такую, какую имели носители, однако достаточно сильную.

Он не имел власти над Глазами, это раздражало его, поэтому он был их врагом.

Фани не был и воином. Он не мог обращаться ни с каким оружием. Его единственное оружие — это его мозг и язык. Но он очень искусно пользовался ими и часто одерживал победы даже над более сильными соперниками. Он завоевал себе место в этом мире, теперь хотел получить еще большую власть.

Эрия все это поняла в тот момент, когда их глаза встретились.