Это всё ты

До этого мама снимала какую-то сумму в ограниченном режиме, но в целом не бедствовали ни дня. Сейчас же вообще полный фарш, потому что отец не скупился и, как оказалось, предусмотрел в своей жизни многое. Однако вопрос о финансах с его стороны звучит при каждом разговоре.

– Хватает, пап.

– Учеба как?

– Да пока непонятно. Вроде как норм.

– Скажи мне только… – после этого вступления следует хорошо знакомая пауза, в промежутке которой у меня на автомате стынет дыхание и каменеют мышцы живота. – Ты поступил на экономфакультет из-за этой девочки?

– Нет, – выдыхаю спешно.

– Да, я в курсе. Хотел выяснить главную причину.

Смеюсь, натягивая на лицо маску ветреной беззаботности, будто отец способен ее увидеть.

– Футбол, конечно.

– Хорошо, – все, что отвечает папа.

Прощаемся, и я отключаюсь. Но еще какое-то время сижу неподвижно, будто оглушенный. Пока мышцы живота, наконец, не сокращаются и не расслабляются. За грудиной что-то тянет, словно выскочившая из общей системы спица. Она и упирается иглой в сердце. Не позволяя дышать на полный раскат легких, на каждом подъеме диафрагмы дико колет.

– Сука… – испускаю вместе со вздохом.

Хватаю с приборной панели сигареты, покидаю салон.

Фильтр между губ. Блок бэхи через плечо.

Дискач в самом разгаре. Народа немерено – яблоку негде упасть. Подсвеченную стробоскопами темноту разрывает ритмичная попсня. Сердце принимается качать кровь быстрее. Настроение уверенно идет на подъем.

«Ок», – одобряю мысленно.

У меня ведь в самом деле все вполне себе нихуево. Сейчас еще кого-то подсниму – раскачаем в тачке подвеску. Жить можно. Терпимо.

Развеселая толпа танцующих девок пронзительно визжит, когда я мимо прохожу. Ухмыляюсь, не вынимая сигареты изо рта.

– Здоров, – приветствую Самсонова.

– Привет-привет, Нечай.

– Че тут?

– Да ниче, – выдает он, пожимая плечами. – Наших много, видел?

Я затягиваюсь и, опуская сигарету вниз, мотаю головой.

– Тебя девчонка искала.

Понимаю, что Ю тут не может быть, но надежда все равно вспыхивает прежде, чем я успеваю загасить ее реализмом. Прошивает грудь молнией. Пару секунд кажется, что плоть вспорота.