Это всё ты

А я пока заварю тебе чаю. Придешь в себя и наберешь Святика. Если нужно, я буду рядом при разговоре. Поддержу, подскажу, разряжу атмосферу… Ну, как обычно. Согласна, Ангел?

Я могу лишь покивать.

Хочу, чтобы все это закончилось.

А развиваются события точно по маминому сценарию. В некоторых ситуациях с ней не смеет спорить даже папа. Якобы она лучше понимает.

Надо ли говорить, что я плачу все время, пока моюсь? Я рыдаю навзрыд, не заботясь, что кто-то меня услышит.

Пошли они к черту!

Лишь когда силы иссякают, затихаю.

– Ты же не послушаешься их? – перехватывает меня в коридоре Агния. – Не станешь мириться со Святом? Это будет жестоко! Не станешь?

Мотаю головой.

То, как меня встречает педотряд во второй раз, могло бы стать отличным мемом, имей я смелость их сфотографировать и выставить в сеть. Восседающая за столом троица смотрит на меня, словно ожидающие, когда их покормят, коты.

Преданно. С надеждой. Заискивающе.

Равнодушно забираю чай и молча ухожу в комнату.

Только вот мама не отстает.

– Ты позвонишь Святу? – заглядывает в комнату, когда я уже опускаюсь на кровать.

– Позвоню, если вы не будете мне мешать. Я настраиваюсь.

Ума не приложу, откуда черпаю хитрость и хладнокровие. Потому как, едва мама кивает и закрывает за собой дверь, я снова плачу.

И звоню… Глядя на парующую на тумбочке чашку, звоню Яну.

– Воу, – прерывает длинные гудки мой любимый голос.

– Почему ты не ответил на мой смайл? – разражаюсь бурными рыданиями. – Почему?! Наказываешь меня? Это обидно!.. Э-э-э-э-х… – всхлипывая, задыхаюсь через слово. Откровенно захлебываюсь. – Я и так не знаю, как к тебе после того разговора подступиться?.. Э-э-э-э-х… Не знаю, что можно говорить, а что нельзя теперь… Э-э-э-э-х… Я не смогу молчать! Я-я-ян… Э-э-э-э-х… Я люблю тебя! Даже если тебе эти слова не нравятся.