Это всё ты

Боже… Мне хочется, чтобы Ян меня поцеловал.

Боже… Как одуряюще сильно мне этого хочется!

И не только этого… Хочется качнуться к нему… Хочется соприкоснуться всем телом… Хочется прижаться и соединиться в нужных точках… Хочется потереться так, чтобы заиграла хмелем кровь…

Боже… Откуда у меня эти грязные желания? Откуда эти мысли? Они сталкивают в ту темноту, которая для меня является адом. И при этом… Они же вызывают ошеломительной силы электрические разряды.

Но самый мощный разряд проходит сквозь мое тело, когда я слышу голос Святослава.

– Юния!"

"Дернувшись, отталкиваю Яна и спешу на оклик. Бегу так быстро, что едва не разрывается сердце. Несколько раз оглядываюсь, чтобы увидеть, как Ян сначала утыкается лбом в кирпичную стену, у которой мы стояли, потом лупит в нее кулаками, а после… Исчезает.

– Где ты была? – толкает Свят, едва я врезаюсь в его грудь.

Я оглядываюсь еще один раз.

Не могу воспротивиться желанию, которое будто бы внушает сам Ян… Своим взглядом из темноты примагничивает. Зовет обратно.

– Ангел?

Судорожно вздыхаю.

Когда вновь смотрю на Усманова, он выглядит не просто обеспокоенным, а уже конкретно встревоженным. В попытке успокоить Свята и забрать часть переживаний, на автомате прижимаю к его щеке ладонь.

– Где ты была?

Мне стыдно.

Боже, мне так стыдно, что кажется, это чувство способно убить.

– Пряталась от полиции.

«Это часть правды…» – убеждаю себя в надежде, что самой станет легче.

Ничего плохого я не сделала.

Но могла бы… Боже, я могла бы!

Мне следует избегать Яна.

– Полиция уехала, – напоминает о себе и своей тревоге Святослав.

– Я не видела… Боялась выглянуть…

Усманов ничего не отвечает. Сжав мою руку, тащит меня в сторону парковки. И только там, когда садимся в машину, вдруг срывается на крик.

– Зачем ты побежала обратно в бар? Чем ты думала, а? Почему ты вообще захотела пойти на эту попойку? Что с тобой, Ангел? Я тебя не узнаю!

– Не кричи на меня, – выталкиваю я с обидой.

Горячо становится. И очень-очень страшно.

Я уже разочаровала его?

То, что расстроила – однозначно.

Кроме того… У меня столько всего в душе!

Нет, я точно сегодня умру.

– Я не подумала, Свят… Извини… – молю в панике. Бросаясь к нему через консоль, еще отчаяннее повторяю: – Извини меня, пожалуйста! Я просто не могла иначе.

Он прикрывает на миг глаза, чтобы сглотнуть и перевести дыхание.

– Ты видела Яна? – спрашивает крайне тихо.