Эркюль Пуаро

Молодая телеграфистка хорошо это запомнила, потому что телеграмма очень ее взволновала – в ней упоминалось о смерти сэра Бартоломью Стрейнджа.

Пообедав со старшим инспектором Кроссфилдом, мосье Пуаро и мистер Саттертвейт снова приступили к расследованию.

К шести часам вечера они отыскали мальчика, который принес телеграмму на почту. Телеграмму ему дал какой-то нищий. «А этому нищему, – бойко тараторил мальчик, – ее дала «чокнутая» леди из дома, что стоит в парке. Завернула в телеграмму две монеты по полкроны и бросила из окна.

Нищий говорит: «Дело тут темное, не хочу в него впутаться», дает мне полкроны, сдачу, говорит, возьми себе, а сам сматывается»."

"Решили, что надо попытаться найти нищего, а пока им здесь больше нечего было делать, и они отправились в Лондон. Домой приехали около полуночи. Сэр Чарльз их ждал. Эгг он отправил к леди Мэри.

Друзья решили обсудить положение.

– Mon ami, – сказал Пуаро, – послушайте меня. Есть только один способ распутать это дело – заставить работать серые клеточки.

Носиться по Англии туда-сюда, без конца всех опрашивать – бессмысленно, это дилетантство. Истину можно установить только путем логических умозаключений.

Сэр Чарльз, кажется, был в этом не слишком уверен.

– И что же вы намерены делать?

– Намерен думать. Дайте мне на это двадцать четыре часа.

Сэр Чарльз, чуть улыбаясь, покачал головой.

– И таким путем вы надеетесь узнать, что сообщила бы нам миссис де Рашбриджер, будь она жива?

– Именно.

– Едва ли это возможно. Однако, мосье Пуаро, поступайте как знаете.

Сам я не в силах разгадать эту тайну. Сдаюсь и признаю свое поражение. Впрочем, у меня теперь совсем иное на уме.

Возможно, сэр Чарльз надеялся, что его начнут расспрашивать, но его ожидания не оправдались. Правда, мистер Саттертвейт заметно оживился, но Пуаро, казалось, целиком ушел в свои мысли.

– Ну, мне пора, – вздохнул сэр Чарльз. – Ах, да вот еще что. Я тревожусь о мисс Уиллс.

– Почему?

– Она уехала.

Пуаро удивленно на него уставился.

– Уехала? Куда?

– Никто не знает.

Получив вашу телеграмму, я еще раз все обдумал. Я ведь вам говорил, мисс Уиллс что-то скрывает от нас, я был уверен в этом и решил в последний раз попытаться выведать у нее всю правду. Приехал к ней около половины десятого. Оказалось, что она еще утром уехала в Лондон, обещала к вечеру вернуться, а потом от нее принесли телеграмму, где она сообщает, что на день-другой задерживается и просит не беспокоиться.

– А есть основания беспокоиться?

– Пожалуй.