Эксклюзивный грех

А Полуянов, скорее всего, заявится в семью погибшего главврача студенческой поликлиники Ставинкова.

Журналист считает, что он – самый умный. Наверняка пожелает лично убедиться, что смерть старого хрыча не случайна. Что ж, пусть попробует.

Имелся также вариант, что в поисках истины журналист, как дурачок, отправится в Санкт-Петербургский технический университет. Ну-ну. Милости, как говорится, просим.

Надя и Дима. То же самое времяВ столовке Технического университета пахло не слишком обнадеживающе: клейкими макаронами и жареной рыбой.

"Надя с Димой ограничились растворимым кофе и сохлыми пирожками.

Отгремел очередной звонок, началась пара, и столики были пусты, лишь в дальнем уголке компания прогульщиков праздновала свой бесконечный праздник.

– Ты как, за едой работаешь? – поинтересовался Дима. Он достал из сумки диктофон, поместил его между тарелками. Предложил с некоторой гордостью:

– Хочешь настоящее интервью послушать? Надя немедленно заершилась:

– А что, мое было не настоящим, что ли? Игрушечным?

Дима снисходительно улыбнулся, включил диктофон и разломил пирожок с капустой.

– Добрый день, Николай Андреевич, – тихонько провещал диктофон голосом Димы. Надя глянула: тот слушал самого себя с очевидной любовью. Мелькнула мысль: “Уж не Нарцисс ли он?” – Я Дмитрий Полуянов, корреспондент газеты “Молодежные вести”, – продолжил диктофон. Кроме них двоих, никто не мог слышать запись, да и никому это было не интересно. – Как тут у вас уютно! Неужели сами такие цветы разводите?

– Сам, сам…

– Драцена у вас исключительная.

– Спасибо, польщен.., я…

– Николай Андреевич, вы ведь этот университет заканчивали? В восемьдесят первом году – мехмат, кажется ?

– Да.., а откуда вы…

– Тогда только вы сможете мне помочь. Я пишу материал о том, чем нынешние студенты отличаются от студентов вашего поколения. Вы ведь, когда учились, в общежитии жили… Студенческую жизнь знали изнутри… Как вы думаете: может в наше время случиться нечто подобное тому, что произошло с той девушкой-самоубийцей ?

– Сразу беру быка за рога, – прокомментировал Дима самого себя в диктофоне.

– ..Помните: студентка с вашего курса покончила с собой. В семьдесят восьмом году, кажется, это было…

На пленке вздох, затем – грустный голос преподавателя:

– Ox, да, помню… Конечно, помню, хотя сколько уж лет прошло. Бедная Леночка…

– Абсолютно естественная реакция, – прокомментировал Дима.