Его звезда

 — Я попрошу Галину Ивановну приготовить комнаты, завтра займусь организацией похорон Савицких.

— А отец?

— Его тело мы заберем домой.

— Стелла?

— Стелла? — карие глаза останавливаются на девушке в моих руках, хмурится. — Секретарша Савицкого предоставит мне контакты родственников, оповещу их о трагедии. Пусть они и занимаются Стеллой.

— Эмин… — я не согласен с ним, на языке вертится предложение, но брат, словно читает мои мысли, качает в отрицании головой.

— Послушай, но кто за нею присмотрит, как не мы в этой ситуации?

— Булат, мы в няньки не нанимались, у нас самих горе и надо достойно проводить в последний путь твоего отца.

— Эмин, ей всего восемнадцать! Она никогда не сталкивалась с реальностью!

— А ты сталкивался? — иронично приподнимает бровь брат, ставит стакан на журнальный столик. — Я не собираюсь ее опекать, брать руководство бизнесом, уверен, что у Савицкого назначен человек, который со всеми проблемами разберется.

— Эмин, давай ты подумаешь!

— Данный вопрос не обсуждается! Я все сказал, Булат, мне добавить нечего и своего решения не собираюсь менять в угоду твоему эго! — Эмин сердится, глаза полыхают гневом, в воздухе витает напряжение, которое в любую минуту могло заискриться, вызвать вспышку, что спалит все вокруг.



— Сейчас я думаю не о себе, а о ней! — цежу сквозь зубы, осторожно посмотрев на девушку.

— Пусть о ней думают ее родственники, но не ты и тем более не я! — он шумно выдыхает, прячет руки в карманы брюк, секунду стоит неподвижно, уходит, оставив меня в гостиной со спящей малышкой на руках.

Осторожно и медленно поднимаюсь на ноги, Стелла легкая, как пушинка, такую только и носить на руках. Расстояние до ее комнаты на второй этаж преодолеваю не спеша, ногой открываю дверь. Комната в ночной темноте, но свет с улицы чуть — чуть освещает помещение.

Некоторое время смотрю на ее красивое лицо, нежно костяшками глажу по щеке, заправляя светлую прядь за ухо. Задерживая дыхание, нагибаюсь и целую в уголок рта. Она не просыпается.