Его одержимость

Такого, чтоб захотел взять меня за приданое. Все так живут.

О постели я даже не думала.

В конце концов можно как-нибудь перетерпеть.

Теперь не придется. Вернее, теперь как раз придется терпеть Рейеса, которого я ненавижу и презираю. А он не пойми что испытывает ко мне.

Я же совсем не представляю, чем он живет.

Только теперь это будет и моя жизнь.

Рейес возвращается с напитками, и я невольно его рассматриваю.

Красивый. Этого не отнимешь. И голос хороший. Тоже красивый. Интересно, Рейес умеет петь?

А мне остается только пить, и я пью до дна, глядя Рейесу в глаза.

Дьявольские. Жуткие. С пышными ресницами под густыми прямыми бровями.

Но мне уже ничего не страшно. Я теперь сама дьявол и буду танцевать, как в последний раз.

У кого-то сладкая судьба, а у меня вот такая.

Если я выйду за Рейеса замуж, то уничтожить его будет намного проще.

А пока я сделаю все, чтобы моя семья жила хорошо. Мы бы и без Рейеса справились. Но если уж он вмешался в мою судьбу, пусть за это отвечает.

Я не хочу пока о нем думать.

Танцую, не обращая внимания ни на мужчин, ни на женщин… лишь на Рейеса.

Взгляд невольно возвращается к нему, потому что в танце Рейес хорош.

Он двигается прекрасно не только для своего внушительного роста и телосложения, но так, словно учился на лучших танцплощадках.

Будто его, как и меня, воспитала улица.

Но это неправда.

В его танец можно влюбиться, и я позволяю себе мгновение помечтать о невозможном.

Что я вообще не знаю Рейеса. Что вижу его впервые. Что мы потанцуем и разойдемся навсегда, сохранив друг о друге яркие приятные воспоминания.

А потом какая-то девушка хватает его за руку и тянет танцевать с ней.

Смелая. Свободная. Которая может себе позволить не бояться.

А меня кто-то трогает за плечо.

Я оборачиваюсь и едва не кричу от ужаса. На меня смотрят невероятно светлые, почти белые глаза на молодом женском лице.

Неужели какая-то полоумная в линзах приревновала меня к Рейесу?

Но энергия, которая исходит от этого существа, кричит: «Это не линзы!»

Женщина разглядывает меня в упор и заявляет:

— Ну, здравствуй, Гарсия.

По ходу она обозналась.

— Эээ… простите?

— Ты не узнаешь меня, Гарсия, зато я тебя ни с кем не перепутаю. Вижу, ты расплачиваешься за свои грехи, — и она кивает в сторону Рейеса.

Точно спятившая!

Разговаривать с больными нужно спокойно, чтобы не провоцировать их на агрессию. Теперь я только так и живу.