Единственный

Лишь треск огня от факелов изредка разбавлял гнетущую тишину.

— Слишком тихо, — подтвердил мои мысли отец.

Госпожа Ирем довольно улыбнулась.

— Вот именно, — кивнула она.

Тишина действительно пропитала всё вокруг, словно в свои сети заманила и коварно опутала всю резиденцию аль-Алаби.

Ещё секунды на две…"

"А в следующую раздались громкие вопли! Вместе с глухим падением того, кто поставил меня здесь на колени. Женский визг утопил весь двор, пока они разбегались в разные стороны. Я же непонимающе глазела на рухнувшее тело араба, чей взгляд был устремлён в никуда.

Не дышал. В его шее торчала наполовину виднеющаяся четырёхконечная острозаточенная звезда. Багровое пятно, расползающееся от него, почти достигло моих колен, когда я, наконец, осознала, что он мёртв. Зато другие отреагировали намного быстрее. С уст Валида аль-Алаби посыпались ругательства, когда он отбросил свою трость и вытащил поясной кинжал. Прежде, честно говоря, искренне считала, это атрибутом проявления мужского эго. Выпендрёж чистой воды. Кто в наше время будет носить при себе орудие убийства? Оказывается, ещё как станет. Послышался новый вскрик. На этот раз голос принадлежал Амиру.

— Нет, отец, не смей!

Младший из аль-Алаби бросился ему навстречу. Встрял между нами именно в тот момент, когда острый короткий клинок сверкнул в полумраке. Вряд ли старик собирался убить меня, скорее использовать, прикрываясь, подобно щитом. Но его сын решил иначе. А отец совсем не рассчитывал на такое вмешательство с его стороны.

Кинжал вошёл в возникнувшее на пути препятствие легко, как в подтаявшее масло. Тогда и грянул оглушающий выстрел. Амир с коротким хрипом рухнул сперва на колени, затем завалился на бок, с увязшим по самую рукоять смертоносным металлом в грудной клетке. Его отец, ухватившись за плечо сына, тоже упал. Замертво. Вряд ли зияющая в черепе кровоточащая дыра оставила ему хотя бы малейший шанс на иное. Даже если бы не Амир, не смог бы добраться до меня. Не позволил ему… Алихан.

Горячие, почти обжигающие щёки ладони, коснулись едва ощутимо и бережно, вопреки всему творящемуся вокруг хаосу.

Стальной взор бегло прошёлся по мне с головы до ног и обратно, сосредоточился на лице. Тогда же, не обронив ни единого слова, мужчина шумно и рвано выдохнул, крепко прижал к себе, затащив на колени, и ласково провёл по волосам.

— Глазки закрой, — произнёс он тихо и вкрадчиво, склонившись, прижимаясь губами к моему виску. — Не смотри.

Хороший совет.