Две половинки

Она отвлеклась, потеряв нить его повествования, что, впрочем, и не важно, можно включаться с любого момента – мы все об одном:

– …а я не разрешил! Позвонил знакомым, договорился, сам ночь в магазине дежурил! Риск, конечно…

На этом моменте Стаське стало непереносимо скучно, и уж совсем непонятно, что она здесь делает – лучшим собеседником молодому человеку, определенно, было зеркало.

А она тут при чем?

Посмотрев на увлеченного изложением «героической» автобиографии и возведением памятника самому себе, пардон, «коммерсанта», Стаська подумала, как бы потактичнее попрощаться.

– Станислава, ты куда? – ошарашенно поинтересовался мужчина, прервав повесть про себя, любимого.

Вопрос остался безответным.

Открывшая дверь княгинюшка более спокойно, чем юноша в кафе, поинтересовалась:

– Что так быстро?

– Насвиданилась, хватит! – недовольно ответила Стаська, входя в квартиру.

Они потом с теткой и Зоей Михайловной, сидя за столом и гоняя чаи, покатывались со смеху, когда Стаська подробно, в лицах рассказывала и показывала ухажера.

Со вторым свиданием история повторилась, и с третьим, а потом Стаська перестала на них ходить.

А вскорости у нее случился роман.

Поэтому Сима скоропалительно отменила указание о свидании.

– Съезди к родителям, – предложила тетушка, – давно ведь не виделись. Погуляешь по Вене, развеешься, отвлечешься. Захочешь – из Вены в Германию съездишь или еще куда. А то смотреть на тебя без слез трудно! Вон и конфликт тела с одеждой – все висит, как из больницы сбежала!

«К родителям, – подумала Стаська, – а что?»

И стала собираться.

И не поехала, отменив все заказы."

"– Почему?! – гремела тетка по телефону.

– А вдруг он позвонит или приедет? – пролепетала Стаська.

– Или «подошлет своих наймитов»! – рявкнула Сима.