Драгун. Крест за Базарджик

 – Оружие разбирай! Охранный взвод, к телегам! Обозные, мать вашу, ружья, я сказал, разбирай!

По отработанной уже годами привычке мушкет стоял вместе с другими в полевой пирамиде, штык пристёгнут, пуля в стволе. Выдернув его, Тимофей понёсся к телегам. Вместе с ним спешили и все его «охранные драгуны». Обозные замерли и оторопело глядели на бегущих с оружием. Только пара их десятков, как видно из бывших строевиков, подхватили свои ружья и потрусили следом.

– Турки! – Блохин вынесся из-за перелеска. – Турки, братцы!

– А-а-а! – вслед за ним вылетела с криком голова погони.

– В проход, Лёнька! – Очепов намахивал рукой. – Сюда скачи!

– Целься! – рявкнул Тимофей, уперев мушкет в боковину повозки. – Огонь!"

"Два десятка стволов изготовившихся к стрельбе драгун послали свои пули в подскакивающих дели. Секундная заминка – и Блохин, каким-то чудом не распоров кобыле брюхо о колья, проскочил внутрь лагеря.

– Заряжай! – надсадно кричал, орудуя шомполом, Тимофей. – У кого пуля в стволе, бей!

Ещё пара десятков, в основном из подоспевших обозных, разрядили свои ружья в неприятеля.

Не зря дели носили прозвища «сорвиголовы, безумные, отчаянные», часть из них понеслась прямо к телегам, несколько попытались на них даже соскочить. Большая часть, горланя, поскакала в обход, осыпая лагерь стрелами и пулями из пистолей. Отряд в три десятка всадников, подбадриваемый своим командиром, ринулся вслед за ускакавшим русским драгуном в проход. Сразу два коня напоролись на установленные колья, ещё один, калечась, сбил ёж. Ломая ноги и подмяв своего всадника, упал с визгом захлёстнутый растянутой верёвкой четвёртый. И только около десятка пролетели в проход.

– Бам! – разрядил мушкет в упор Очепов. – На! – И вогнал штык в бок ещё одному всаднику.

Подскочивший дели уже занёс саблю, чтобы рубануть его, и Фрола спас Струнин, драгун из отделения Сыткина. Выскочив из-за телеги, он каким чудом успел подставить ствол мушкета, и острая сталь проскрежетала в какой-то пяди от рыжей головы.

– Хресь! – Ещё удар – и, заливаясь кровью, упал на землю спаситель Очепова.

Заряжен. Тимофей бросил под ноги шомпол и, вскинув мушкет, выстрелил в заскочившего на повозку дели. Тяжёлая пуля, выпущенная в упор, откинула его назад, а на телегу лезло ещё двое.

– Бам! – хлопнул пистоль, и рядом с Гончаровым повалился на землю обозный. – Хэк! – Тимофей выбросил вперёд ствол ружья, и надетый на него штык пробил насквозь горло стрелку.