Долго тебя ждала

– А где все?

– Не поверишь – разогнал! А так тут человек по десять сидело. Одних выгонял – приходили другие. Устроили мне тут.

– Строг… Слушай, Там, ты же так и не сказал, что с ней?

– Да ничего. Ушиб грудной клетки, ну, и так, всякое, по мелочи. В сравнении с тем, что с ней могло быть при таком столкновении – отделалась Мариам легким испугом. Я же сказал – меня больше ее психологическое состояние волнует.

– Разберемся. Сюда? – кивнул на дверь.

– Ага. Тогда не буду вам мешать.

Женя вошел тихонько.

Время уже было позднее, и Мариам спала. Рядом с ее койкой – ни кресла, ни стула. Недолго думая, Кравец опустился прямо на колени и осторожно щелкнул выключателем ночника. Мариам сморщила нос, но не проснулась. Бледная, на виске ссадина. И темные-претемные круги под глазами. Он мог ее потерять…

Женя стиснул зубы. Уткнулся разгоряченным, покрытым пленкой испарины лицом в матрас. Боднул ее бок, потерся темечком, лицом, открытым ртом. Наверняка со стороны его поведение выглядело полным безумием.

Плевать… Ему было плевать.

– Жень… Женя!

– Привет. – Почему-то не мог себя заставить оторваться от того, что делает, и посмотреть ей в глаза.

– Привет. А ты как здесь оказался?

– Мне позвонили. – Какие-то странные, глупые, ничего не значащие слова…

– А мне ничего не сказали. Ой! Не смотри на меня, пожалуйста. Я ужасно выгляжу…

– Ты с ума сошла? Как будто мне есть до этого дело! Когда ты… Господи. Мариам. – Он поднялся с колен, сел на кровать.

Зарылся носом ей в волосы. – Я мог тебя потерять. Я мог тебя потерять…

– Мы можем потерять малыша. Знаю, ты не очень его хотел…

– Это только вначале. Сейчас все изменилось. Знаешь, я даже купил ему костюмчик.

– Правда? – Мариам всхлипнула.

– Ага. Совершенно идиотский, вроде как костюм цыплёнка. С гребешком на шапочке. Желтого цвета. Чтобы и мальчику подошел, и девочке. Мы же еще не знаем, какого пола он будет…

– Не знаем, да. Хоть мне и сделали УЗИ, чтобы понять, как дела у малыша, срок для определения пола еще маловат.

– Да это и неважно сейчас. Правда? Главное, чтобы с мелким все было хорошо, – шептал он, продолжая поглаживать ее дрожащими от эмоций руками. – Эй… Ну, ты чего, маленькая?

– Выходит, Тамерлан ничего тебе не сказал?

– Нет. Да что случилось-то?"

"– Из-за ушиба произошла небольшая отслойка плаценты. Там говорит, что ничего непоправимого не случилось.