Долг оплачен

Принесли еды и смотрели на меня сиротливыми глазами. Разговаривать, собственно, было не о чем. Я только попросила маму пока не пугать. Потом. Когда вынесут приговор.

Свиданий положено два в месяц. Но после Андрея и тёти Любы ко мне неожиданно заявился Влад, который родственником не являлся и даже другом не был. Но просочился.

Встреча проводилась за прозрачным толстым стеклом. Как в фильмах, разговор через трубку телефона. И опять я на свидании сидела одна, не встретив других заключённых. Села на стул, а трубку брать не стала.

Посмотрела на рыжего парня. А он имел странное выражение лица, словно биолог, изучающий зверюшку в клетке. Внимательно так рассматривал. А я на него смотрела через выпавшие из капюшона пряди волос. Влад потянулся к трубке в желании поговорить со мной, но я посидела немного и вытащила из кармана игрушечную рысь. Поиграла ею перед зрителем.

— Солнышкова, игрушку сдай! — послышался грозный голос женщины-полицейской. — Откуда она у тебя?

— С дома взяла, — я поднялась со стула и отдала рысь женщине.

— Не хочу этого свидания.

Вот и поговорили."

"Андрея подставлять не хотелось совсем, поэтому в следующий раз, когда был допрос, я сказала, как просил Стасик. Вроде как от него я узнала про квест. Никого, кроме Стаса, не знаю, потому что все прячут лица.

И вот второе заседание, совсем скоро после первого. Но уже конкретно по делу о складе. Обвинителем выступала транспортно-логистическая компания «КАN-транс», впиливала участникам и организаторам квеста счёт за ущерб в пятьдесят миллионов рублей.

А ответчиков было всего два. Я и Кот. Только вот за место Влада на скамье подсудимых сидел совершенно другой человек.

Стаса не было. Вот вам и скромный электрик из однокомнатной квартиры. Неизвестно, кто он и на кого работал. Наверно, выдал нас с Котом хозяевам склада и деньги свои отдал, потому что совсем неожиданно из пятидесяти миллионов ущерба осталась только половина, которую повесили на нас двоих с псевдо Котом.

В этот раз в зале суда сидели посторонние люди.

Я глубже спрятала лицо в капюшон, потому что, мало того, что пришла тётя Люба, ещё и привела с собой учительницу по сольфеджио — Марию Викторовну. Высокая худая старушка с очками в роговой оправе сидела бледная с трагическим лицом. Вот кого я точно не хотела видеть. И от полного горя и позора меня спасало то, что в зале суда присутствовал представитель компании «КАN-транс» — Никитин Александр Константинович.

Сатир пришёл во всем чёрном: рубаха, костюм и галстук.