Долг оплачен

Отмывалась с особой тщательностью, пытаясь смыть с себя всё своё прошлое. На раковине неожиданно завибрировал телефон. Я отключила воду и, закутавшись в полотенце, посмотрела на номер. Незнакомый. Но я ответила, потому что смысла не было бежать.

— Миля, только трубку не вешай, — торопливо говорил Влад. — Слушай меня. Базу с «Бюджетниками» восстановить не смогли, зато всех от четвёртой до первой ступени вычислили. Сейчас по городу и области идут аресты. Я номер пробил, но адреса твоего не знаю. Скажи, куда подъехать, я заберу тебя.

Я истерично рассмеялась прямо в трубку. Посмотрела на себя в зеркало. Бледная, вид болезненный.

Доигралась.

— Милька, не глупи! У меня есть возможность тебя вытащить. Забей ты на то, что произошло. Слышишь? Я по жизни такой, это всё было шуткой.

Шутка. Затравить человека чужими руками — это для него шутка.

— Адрес назови! Кошка ты дикая! За решётку попадёшь! Никитин там рвёт и мечет! Милька! Я прямо сейчас подъеду.

Я отключила звонок и спокойно пошла в комнату одеваться.

А вообще, пока за мной не пришли, нужно почитать, что с собой брать."

"Они позвонили в дверь через пятнадцать минут. Оперативников было несколько. С ними участковый и женщина полицейский. Привели понятых. Соседей, которых я не знала, поэтому было не так стыдно. Список мне огласили. Женщина просмотрела всю мою одежду. Оказалось, кроссовки должны быть без шнурков, а зарядное устройство на проводе тоже нельзя было с собой брать.

Солнце: «Прости, Роза, но я в тюрьму загремела. Думаю, переписываться не будет возможности. Ты самый мой близкий человек. Мне жаль, что так получилось».

***

Не в курсе, чем ИВС от СИЗО отличается. Не успела почитать. Думала, похоже на общежитие. И в камере действительно было три кровати, но жила я одна. Ждала, ждала, когда кого-нибудь подселят, а никого не было.

Кроме кроватей в изоляторе временного содержания были большое окно с решёткой, маленький столик со скамейкой.

Я застелила кровать своим постельным бельём. При выходе из квартиры утянула свою маленькую игрушечную рысь и теперь валялась на кровати, внимательно её рассматривая.

Меня определили в это место до решения суда.

Ощущение было очень странным. Как будто я в больницу попала и скоро меня заберёт мама. Это было одно полнейшее ожидание. Я попала в прострацию.

Ощущение, что я в больнице, усиливалось «процедурами».