Дочь врага

Не нравится – не нужно было изначально меня втягивать! И что бы ни случилось, мое мнение по вопросу Вавилова и Грачева не изменится. Как бы вы с Вавиловым не старались, – я прикрываю глаза и откидываю голову на спинку сидения, показывая, что разговор окончен. Недовольство Вадима осязается прямо в воздухе, но меня это не волнует, как и он сам. Мужчина, который круглосуточно занимает мои мысли, с моим нынешним образом жизни всегда будет вне зоны недосягаемости.

С нашей последней встречи прошло чуть больше месяца.

И все это время Матвей не давал мне о себе забыть: звонил и писал сообщения едва ли не круглосуточно, слал цветы, которые я не принимала, пытался пробраться в офис, но я строго – настрого запретила охране его пропускать.

Потому что я боюсь. Себя. Своих чувств и реакции. Что не сдержусь и снова подпущу этого мужчину. А этого допустить никак нельзя. Потому что я трусиха – я боюсь душевной боли, которую могу получить, если вновь нырну в омут с головой в эти отношения.

А также того, что я могу подставить под удар Матвея и его сына. Поэтому «мы» невозможны, потому что навсегда останемся по разные стороны баррикад. И чтобы мои любимые мужчины были счастливы, мне придется пожертвовать собой.

Именно поэтому я каждый раз читаю до дыр сообщения, запоминаю до каждого знака препинания, навсегда отпечатывая их в памяти, и удаляю. Они безобидны: «Как дела?», «Доброе утро», «Сладких снов», «Ты мне снилась», «Я не могу без тебя», «Я верну тебя», «Я заберу тебя себе».

Но все равно от каждого из них мое сердце колотится в бешеном ритме. Особенно от последних смс.

– Приехали, – голос Вадима вырывает меня из моих мыслей, и я открываю глаза. Мой партнер открывает дверь с моей стороны и помогает выбраться.

Но не успеваю я сделать и пары шагов, как что-то свистит прямо над моим ухом, и вокруг начинается суматоха. Вадим отталкивает меня обратно к машине, накрывая сверху своим телом, вокруг слышатся маты, крики и топот ног людей.

Несколькими секундами позже к нам подлетает охрана, окружает нас, часть из них бежит к зданию напротив.

Я лежу все это время, не шелохнувшись и крепко зажмурив глаза. Меня совершенно не волнует, что вокруг ходят люди, на нас смотрят, кто-то что-то кричит. Даже совершенно не волнует лежащий сверху Вадим.

– Слезь с меня, пожалуйста, мне тяжело дышать, – произношу тихо мужчине на ухо, когда суматоха вокруг нас, кажется, улеглась.