Дочь моего врага. Цвет горечавки

— Подойди, подстилка, и возьми в рот член своего Господина! — распорядился преподаватель зелий, видимо, уже совершенно войдя в свою роль.

— Бегу и падаю! — громко и четко сказала я.

— Что-о-о? — голос Делмари сорвался на рык. — Я сотру твою задницу в кровь, но ты затвердишь три правила алой комнаты: оголение, послушание и боль…

— Знаешь, куда иди со своими дурацкими правилами? — я поймала кончик хлыста, который послушно полетел ко мне, выдернула его из руки Делмари и пульнула в него оглушающим заклятьем.

Преподаватель зелий попытался блокировать его и в связке обездвижить меня сразу двумя заклинаниями, но я их отразила и вернула ему.

"— Что? Почему такая сильная? — прохрипел он. — Откуда такая магия?

Мы встретились с ним глазами, и он замолк.

— Меня интересует Юталия Ланфорд, — тихо сказала я. — Я знаю, что ты развлекался с ней… так же, как хотел развлечься со мной. Что она влюбилась в тебя. Зависела от секса с тобой.

Делл Делмари ухмылялся и молчал.

— Говори! — взвизгнула я и ударила плетью об пол. — Говори, сволочь!

— Девчонка не писала никакой записки, — блуждающая улыбка не сходила с лица Делмаи. — Ее написал я специально, чтобы отвести подозрения и не навлечь на себя гнев ее братца. Все получилось как нельзя лучше — этот идиот Ланфорд, побоявшись позора, даже не обнародовал записку, видимо, решил отомстить Литону по-тихому.

Он открыто смеялся мне в лицо, не зная, что этот вопрос я уже для себя решила.

— Ты останешься здесь связанным до тех пор, пока не приедет Аеск Ланфорд, — ответила я. — Ты расскажешь ему о том, что сделал с Юталией Ланфорд и он сам решит, что с тобой делать.

Внезапно по комнате промчался вихрь обжигающе-горячего воздуха, мелькнула золотистая вспышка и я услышала голос, который меньше всего сейчас ожидала услышать.

— Ну, здравствуй, цветик! Наконец-то я тебя нашел… Все-таки хорошая это штука — двойниковый кристалл. Позволяет найти даже то, что спрятано очень-очень хорошо. Правда, дорогая очень и редкая — один единственный экземпляр хранится в Элефтерийском храме Хеб. Вернее, хранился… Но на что не пойдет жрец, от которого сбежала любимая послушница? Я смотрю, ты тут без меня не скучаешь.