Дочь моего врага. Цвет горечавки

Только что вокруг нас была бездна, ревущие потоки воды, вспыхивали жуткие молнии, только что судно падало в черную пропасть с гребня колоссальной волны…

Все стихло в один момент. Злобная тьма упала, растворилась, как будто ее быстро закрасили огромной кистью в светлый цвет. На ослепительно голубом небе сияло солнце, густо-синее море, сияющее сотней бликов, было совершенно спокойно, а ураганный ветер превратился в лёгкий ласковый ветерок.

Я выдохнула и чуть не упала. Совершенное колдовство отняло у меня столько сил, что я стала слабее больной.

Покачиваясь, как пьяная, неверными шагами я прошла по палубе под гробовое молчание команды корабля, провожающей меня долгими взглядами.

— А корабельного мага этого вашего вы гоните в шею… — собрав последние силы, посоветовала. — Шарлатан он и извращенец редкостный!

На этих словах силы меня окончательно покинули, и я схватилась за кормовую надстройку, чтоб не упасть. Правда, это не помогло — перед глазами забегали черные точки, а колени совсем не держали.

Я чуть было не рухнула палубу, но первый помощник капитана Гарс Эрл подхватил меня на руки и понёс в каюту.

Там царил мягкий полумрак. Гарс положил меня на койку и принялся молча освобождать от промокшего насквозь платья и белья. Проявив такую невиданную заботу, первый помощник капитана укрыл меня двумя одеялами и, затушив лампадку, сделал несколько шагов по направлению к двери, но затем вернулся, склонился надо мной и поцеловал в губы.

"

"Проспав ночь и половину дня, я проснулась бодрой и полной сил. Магия играла во мне, как будто ее стало ещё больше, и, честно говоря, я была бы даже не прочь ее ещё раз применить. Жаль, что остаток пути прошел без приключений, при идеально спокойном море и попутном ветре. Команда «Титек» смотрела на меня со священным трепетом, и чуть ли не кланялась, когда я проходила мимо, а капитан корабля прекратил свои глупые шуточки и разговаривал со мной не то, чтобы на равных, а даже с некоторым почтением.

И только первый помощник капитана меня почему-то избегал, но если нам случалось перемолвиться словом, то Гарс говорил со мной исключительно вежливо и отстранённо.

На исходе пятого дня нашего путешествия бриг «Титьки Хеб» вошел в Арриксакскую гавань, на берегу которой и раскинулся полис Арриксакс, о котором я столько слышала, и который не думала увидеть так скоро.