До последней звезды

Забавная какая девчонка, надо же – имени своего стесняется…

– Садись! – пригласил он Лизу. – Уж чем богаты…

– Спасибо, я совсем не голодна, – проговорила она, – и вообще я ненадолго.

Этим, надо полагать, она хотела дать понять Михаилу, что на сегодня никаких постельных утех не предполагается. Михаил, сообразив это, не слишком огорчился, ему тоже сегодня было не до этого. Он устал, бегая по подвалам, и вообще, хотелось на свободе поразмыслить насчет прадедова тайника.

– Ты обещал показать мне часы, – напомнила Лиза.

– Какие часы? – Михаил поперхнулся горячим чаем.

– Те самые, серебряные, папино наследство, – терпеливо объяснила Лиза.

– Я… я не могу, – Михаил отставил чашку, – у меня их нет.

– Где они? – Лиза повысила голос. – Ты обещал их принести!

Михаил вспомнил, что ничего ей не обещал, однако, возможно, она не так поняла.

– Да зачем они тебе? – Он тоже невольно повысил голос. – Что особенное ты хочешь увидеть? Обычные недорогие часы, ничего в них нет интересного…

Видя, как сверкают ее глаза, он из чистого упрямства повторял одно и то же.

– Но ты же обещал… я специально из-за этого пришла… – Она подбежала и обняла его за плечи. – Миша, ну что тебе стоит? Ну где они, ну скажи… Ты отдал их кому-то, зачем?

– Нет, – Михаил освободился из ее объятий, – я никому их не отдавал. Они на работе, в сейфе.

– Так поедем за ними!

– Не вижу необходимости.

– Можешь считать это моим маленьким капризом, – усмехнулась Лиза. – Неужели тебе трудно сделать для меня этот пустяк? Хотя бы из благодарности…

– Из благодарности за что? – он встал. – За то, что подобрала неудачника и одарила своими ласками? За это я должен быть тебе благодарен?

В глазах у нее полыхал недобрый огонь, однако Михаил тоже смотрел неласково.

– Вижу, что разговора у нас не получится, – пробормотала она, – я, пожалуй, пойду."

"Михаил не стал ее удерживать.

Анна открыла дверь и не узнала своего мужа.

Валерий был бледен, щеки ввалились, к влажному лбу прилипли редкие волосы. В общем, это было именно то состояние, о каком говорят «краше в гроб кладут».