Дикарь

 — Ты, родители, прошлое моё дурацкое… Надоело, понимаешь? Надоело, что все лезут в мою жизнь и портят её в полной уверенности, что помогают. Вот ты… Ты знаешь, что у меня очень тяжёлое похмелье? Не знаешь… Ты думаешь, что помогаешь мне, а на самом деле делаешь только хуже. Завтра мне будет ещё хреновее, чем сегодня, — и, прервав свою пьяненькую речь, потянулась за добавкой горючего.

— Ничего, переживешь. Во всяком случае, похмелье лучше, чем… Ладно. Со мной всё понятно. А что насчёт родителей? У тебя с ними не очень отношения, да? — со знанием дела нажимал на нужные кнопочки, выведывая у неё нужную ему информацию.

Почему-то хотелось знать всё о её жизни из первых уст. Не сухие факты в виде медицинских заключений и прочих писулек, а именно то, что думает обо всем она сама.

— Ну… Знаешь, у нас довольно сложно всё. Они не могут забыть мне один проступок… А я не смогла их простить за равнодушие и жестокость. Мне тогда было так плохо… Я ведь ещё, по сути, была ребёнком, а они даже не выслушали. Не помогли забыть всё, не сказали, как должны говорить родители, что у меня ещё будет хороший парень и чтобы не казнила себя… Они ничего этого не сказали.

Они просто плюнули на меня. Объявили, что им стыдно за такую дочь. Что я легкомысленная дура, малолетняя шалава… — глаза её наполнились слезами, а Гром понял, что вопросом о родителях попал точно в цель."

"Похоже, дело там не столько в бывшем парне, сколько в родственниках, которые не только не поддержали, но и подлили масла в огонь.

— Они не смогли простить тебе попытку суицида? — решил открыть карты, подливая виски в уже опустевшие стаканы.

Он узнает всю правду, даже если придется залить в Дарью цистерну алкоголя.

— Что? Откуда ты знаешь? — уставилась на него, крепко стиснув в руке бокал.

— Я же мент бывший, не забывай.

— Бывших ментов не бывает, — повторила избитую фразу из кинофильмов.

Но, вообще-то, она категорически права. Не бывает бывших.

— Вот именно, Даша.

— Зачем тебе это?

— Слишком часто задаёшь этот дурацкий вопрос. Просто я хочу знать.

Мне интересно. Так что, расскажешь? Давай, поделись. Вот увидишь, тебе полегчает и завтра всё станет намного проще. Так и быть, поработаю сегодня твоим психологом.

Она кивнула какой-то своей мысли и глотнула виски, уже как воду.

— Я очень его любила. Прям, знаешь, как будто в последний раз. Если не будет его, то больше никто не нужен, даже сама себе не нужна. Первая любовь она такая, больная… Но я была счастлива, потому что была уверена — он тоже любит.