Дело незадачливого жениха. Дело сердитой плакальшицы. Дело блондинки с подбитым глазом

Однако к полуночи, отдохнув, он просыпался, надевал халат и тапочки и переходил из холодной спальни в теплую уютную гостиную, где масляный нагреватель поддерживал постоянную температуру в 73 градуса по Фаренгейту[1].

Здесь адвокат располагался в глубоком кресле, брал стопку приговоров и решений Верховного суда и окружных апелляционных судов и начинал изучать решения, внимательно отмечая, какой судья писал заключение. Иногда он одобрительно кивал, иногда хмурился и отрицательно тряс головой, когда не соглашался с заключениями суда.

Затем, через два-три часа, вновь почувствовав сонливость, он возвращался в холодную нетопленую спальню, забирался под одеяла, погружался в сон и отмечал недовольно, что к рассвету сон вновь как рукой снимало.

Адвокату слишком хорошо были известны эти симптомы. Он был настолько погружен в дела своих клиентов, что его подсознание гнало отдых, который он хотел себе дать. Делла Стрит, пользующаяся полным доверием секретарша, получила инструкцию не беспокоить шефа, за исключением чего-то экстраординарного, и вот уже в течение четырех дней она тщательно воздерживалась даже от телефонных звонков ему.

Было воскресенье, и Делла должна была приехать утром с портфелем важных дел, требующих его личного участия.

Лежа в этот холодный рассветный час и наблюдая, как пар от его дыхания поднимается к потолку и растворяется, Мейсон принял решение. Он вернется домой сегодня вечером вместе с Деллой Стрит. Лучше снова впрягаться в упряжку, в которой он мог напрямую решать все проблемы.

Он потянулся и зевнул, надел халат, тапочки и уже направлялся в душ, когда услышал быстрые, почти бегущие легкие шаги, затем раздалось нервное постукивание в дверь.

Нахмурившись, Мейсон пересек большую гостиную, покрытую индейскими ковриками, с низкими креслами и общей приятной загородной атмосферой, открыл переднюю дверь и увидел встревоженную женщину лет сорока пяти.

"Миссис Эдриан окинула взглядом высокорослого адвоката, его густые взъерошенные волосы, гранитные черты лица, прямые, изучающие глаза; увидела халат, тапочки, выглядывающие из-под халата ноги в пижамных штанах.

— Извините, — сказала она, — мне ужасно неловко будить вас, но… я… мне просто необходима ваша помощь…

— В чем же дело? — спросил Мейсон.