Дар

У нее будет право выбирать. Как и ее саму может выбрать не только мой Зверь. Эта не та мифическая парность, о которой нам с детства рассказывают сказки, а юные девицы-варды вздыхают по ночам. Я открыл глаза и рассмеялся, под недоуменный взгляд Гента.

Эх, мало тебе было проклятья, Белый Ирбис? Или лучше Белая Смерть, как тебя называли по ту сторону Иссольских гор?

— Семя под корень, Белая Смерть? Тебя ведь за этим послали?

Ночь полна криков умирающих и дым от сгорающих хижин коптит равнодушные небеса. Сегодня все закончится, нравится мне это или нет.

Его глаза смотрят без страха. Уж в чем Арота точно нельзя было обвинить, так это в трусости. Он знает, что проиграл, но не сдался. В его руках зажат фиал, от которого так и фонит смертью. Скольким пришлось умереть, чтобы месть состоялась? Я знаю, что сосуд разобьется, когда тот за кем я пришел, сам упадет замертво. А значит проклятью быть.

— Давай же, уже немного нас осталось. Добивай! — его губы кривятся в презрении и едкие слова буквально выплевывает мне в лицо.

 — Ты просто верный пес Карила, исполняющий приказы! Раб своей звериной сущности и твоей крови. Жаль я не увижу, каково это будет почувствовать, что тебя использовали, когда уйдет твой Зверь."

"Воспоминания прокатились болезненной волной. Не вовремя. Всегда не вовремя. Не стоит об этом думать. Какая сейчас разница, что старый мерзавец оказался во многом прав? Лучше думай, как найти ту, которую выбрала твоя сущность. И сделала это ещё раньше, чем осознал твой разум, хотя душа и противится этому.

О, духи гор, я и вправду после проклятия Харама перестал следовать зову крови. Привязки исчезли, осталась лишь воля, та, что подвластна сердцу и опыту. И что теперь? Зверь не вернулся, но указал свою истинную. Что дальше со всем этим делать? Забыть и не думать, ведь это лишь отголосок, уж такой зов можно пережить. Вопрос нужно ли? Я криво ухмыльнулся. Ну что, Иссольский, ты недалеко ушел от твоего отца. Так же расчетливо радуешься, что твоя нынешняя ущербность позволит тебе не сильно убиваться, если девушка тебя отвергнет! А кому ты по доброй воле нужен, без Зверя и с таким темным прошлым? Девкам в тавернах? Этого добра полно. Или этим шлюхам из низших родов, что готовы тебя терпеть, презирая в душе за неполноценность? Просто потому, что ты Иссольский. Молодец, ничего не скажешь. Может эта чистая и такая на самом деле ранимая девочка и есть твоё настоящие испытание…

— Гент, возвращайся к остальным.