Дар

Гент и так получил больше, чем прочие бастарды — да-да, он был не единственным — остальные мамаши принесли на свет человеческих младенцев и в лучшем случае получали кошелек, а то и просто выставлялись за ворота. Ходили слухи, что отец ещё смягчился, после того, как встретил нашу мать. Его же бастардов просто не было. И не скажу, что это оттого, что он был аккуратен. Но, об этом все предпочитали молчать, чтобы невзначай не разделить незавидную судьбу болтунов.

Когда Гент исчез среди деревьев, несколько раз оборачиваясь и бросая на меня тревожные взгляды, я поднялся с земли.

Утро уже вступило в свои права. Великий Отец-Солнце выполз из-за горизонта лениво взирая на прекрасную Террию. Интересно, ему и вправду есть хоть какое-то дело до копошащихся на ее поверхности созданий? Или он только когда жрецы в Храме слишком долго донимают его своими молитвами нисходит до надоедливых существ?

Небо ещё алело на Востоке, но теплые весенние лучи светила уже разгоняли рассветный холод, обещая погожий день.

Листва набирала размер и вес, а земля радовала все новыми красками распускающихся по времени цветов. Да и деревья с кустарниками скоро взорвутся цветочным кипением. А уж как голосят птицы! Просто симфония. Дивная пора!

Странно, я вдруг подумал, что не хочу больше воевать. Мысль была неожиданной и непривычной для того, кто большую часть жизни размахивал когтями или мечом."

"То ли старею, то ли устал. Или и вправду не хочу, чтобы одна сероглазая девушка вынуждена была регулярно спасаться самой, а ещё и мою никчемную персону вытаскивать из неприятностей.

Ведь меня никогда не готовили править, только убивать. Все мои прочие, не относящиеся к убийству или ведению войны знания, я добывал фактически тайком и лишь по собственной воле. Карил Иссольский четко определил что и от кого он должен получить. И получал, до недавнего времени.

Я сделал глубокий вдох и позвал своего Зверя. Он, как и ожидалось, молчал. Но, я теперь знал, как заставить его мне помочь.

Я четко представил недавно пришедшую мне в голову картинку, о лежащей на земле Илии. И Зверь рванулся!

— Давай, ищи ее, драный кошак, если не хочешь потерять! — увещевал я сам себя. Мой ирбис скулил и тянулся. Он очень хотел к своей паре и не мог допустить такой потери. — Ну же, малыш, ты ведь можешь ее найти!

Я почувствовал непривычное головокружение, как будто и вправду был совсем мал и пытался достучаться до своих возможностей, а ещё не знал как.