Чужая Земля

Сначала не было никакой реакции, затем, очень медленно, веки поползли вниз и закрылись, какое-то время оставались закрытыми, наконец, открылись опять.

– Моргает... но в сто раз медленнее нормального! – воскликнул Феррис.

– Пульс, дыхание, реакция – все в сто раз медленнее. Этот человек либо в шоке, либо одурманен.

Затем он заметил кое-что, от чего его бросило в озноб.

Глаза туземца, казалось, с бесконечной медлительностью поворачивались в его сторону, а нога его была теперь поднята чуть выше. Он словно бы шел – но шел в сто раз медленнее нормального темпа.

Это было жутко. Затем произошло еще более жуткое. Раздался звук треснувшего сучка.

Пиэнг вскрикнул от ужаса и показал на заросли. И в лунном свете Феррис увидел...

В сотне футов поодаль стоял еще один туземец. Тело его наклонилось вперед, словно он застыл на бегу. Под его ногой и треснул сучок.

– Они поклоняются Великому Изменению! – хриплым голосом сказал проводник. – Мы не должны вмешиваться!

То же решил и Феррис.

Его занятием здесь, в восточном Индо-Китае, была охота за тиком. В этих диких краях достаточно трудно бродить и без враждебных племен. Эти странные мертво-живые люди, одурманенные либо что там еще, не могли представлять собой опасность, если поблизости не было других.

– Идем, – коротко сказал Феррис.

Пиэнг поспешно двинулся вниз по склону лесного плато.

– Это она... тропа к Правительственной станции, – произнес он с огромным облегчением. – Та самая, которую мы потеряли в ущелье. Я давно не забирался так далеко в Лаос.

– Пиэнг, что такое хунети? – спросил Феррис. – И о каком Изменении ты говорил?

Проводник внезапно сделался не таким многоречивым.

– Это такой ритуал. – И добавил с несколько вернувшейся самоуверенностью.

– Эти туземцы очень невежественны. Они не посещали школу миссии, как я.

– Что за ритуал? Ты говорил про Великое Изменение. Что это такое?

Пиэнг пожал плечами и с готовностью солгал:

– Не знаю. Во всем огромном лесу ему поклоняются люди, которые могут становиться хунети. Я не знаю, как.

Феррис размышлял, продолжая идти дальше. В туземцах было что-то жуткое... Почти полная остановка жизни, но не совсем – только неописуемое замедление ее.