Чувство реальности

– Еще бы мне не упасть, – хмыкнул Арсеньев и, помолчав, спросил: – Как вы думаете, Рязанцев заберет жену из больницы?

– Я об этом не собираюсь думать, – Маша нахмурилась и помотала головой, – я просто найду способ связаться с ее детьми и отправлю им подробное послание по обычной почте или по электронной.

Замяукал телефон, Маша долго рылась в сумке, наконец отыскала.

– Где ты? Почему не звонишь? – спросил Григорьев."

"– Привет.

– С кем?

– С майором милиции.

– Очень интересно. Скажи, тебе картинки пригодились?

– Конечно! Я же говорила, что я гениальный психолог.

– Машка, не морочь мне голову, я знаю, что убийцу задержали, какой-то Феликс Нечаев, заместитель Кравцовой.

– Да. Он самый, который на картинках.

– Я с ума с тобой сойду, честное слово, – проворчал Андрей Евгеньевич по-русски, – скажи, ты здесь нормально питаешься?

– Я же говорю, что сижу в ресторане, в отличном ресторане, передо мной много разной еды, вкусной и полезной.

Подошел официант и поставил на стол бутылку французского вина «Божоле» 1986 года.

– Мы не заказывали, – удивился Арсеньев.

– Это вам презент вон от того столика, у окна.

– Почему ты замолчала? – спросил Андрей Евгеньевич.

– Да, все хорошо, не волнуйся, я тебе потом перезвоню, – Маша резко захлопнула крышку телефона.

За столиком у окна, совсем близко, сидел в одиночестве элегантный старик, с седым военным бобриком. Верхняя часть его лица казалась темнее нижней. Вероятно, он совсем недавно сбрил бороду. На нем был дорогой серый костюм, белоснежная рубашка, строгий галстук в косую полоску.

– Вы его знаете? Кто это? – шепотом спросил Арсеньев.

– Впервые вижу.

– Может, он тоже вас с кем-то перепутал?

– Скорее всего, – кивнула Маша, – надо вернуть вино.

Официант послушно понес бутылку к столику у окна, но тут же был отправлен с ней назад.

Всеволод Сергеевич Кумарин смотрел на Машу и продолжал улыбаться."