Чернокнижник

— Куда это ты собралась?"

"— Отпусти ее! — снова взревел детина и бросился на меня. Я ловко отшвырнул девицу, так что она плюхнулась как раз перед «муженьком», он споткнулся о неожиданно возникшую пышнотелую преграду, равновесие не удержал и повалился на стол.

— Тупой громила громче всех падает, — глубокомысленно изрек я, отскакивая в сторону.

— Что? — не понял детина.

— Народная мудрость, — пояснил я.

— Убью-у-у-у!

— Не говори хрен, пока не выкопаешь, — я метнулся к двери и с изумлением понял, что ноги меня не слушаются.

Они стали легкими и ватными, словно не моими. Тело, казалось, существовало отдельно от головы и подчиняться приказам отказывалось напрочь. Я выругался. Но и тут не впечатляюще, потому что язык тоже ощутимо заплетался. Чтобы я так напился с кувшина хелля? Да мы с Армоном могли и десяток на двоих приговорить, и ничего! Ну, по крайней мере — терпимо! И это означало лишь одно, что ушлые мошенники меня чем-то опоили.

— Что за… — начал я и споткнулся. Парнишка-вестник шустро из трактира сбежал, почуяв неладное, детина уже поднялся и снова попер на меня.

— Монеты давай, путник, — грозно оскалился он.

Краем глаза я заметил за шторкой силуэт хозяина таверны, помогать пришлому он не торопился, значит, тоже в доле. Однако наглый городишко, прав был извозчик. Шманают среди бела дня, а если пойду к властям, наверняка скажут, что знать не знают и, вообще, защищали верную жену…

— У него на поясе кошель! — девица поднялась, лихорадочно блестя глазами. — Давай скорее, Рик, ножа нет, я проверила! Чего копаешься?

— Да мутный он какой-то, — нахмурился детина Рик.

— О, да ты мастер дедукции… — заплетающимся языком выдал я. — Не ожидал от такого дерева!

— Какого еще дерева? — возмутился детина.

— Баобаба! — заржал я.

— Хватит с ним болтать, хватай кошель и дергаем отсюда! — взвилась девица.

— Чего-то я не вижу у него кошель. Эй, мужик, монеты гони!

— А нету, — обрадовал я.

— Как это нету?

— Как-как, печально и грустно, — снова заржал я. Под хеллем ситуация казалась ужасно забавной.

Я даже руки поднял, демонстрируя полное отсутствие кошеля или хоть чего-нибудь его напоминающего.

— Где монеты? — завизжала девица. — Были же, я видела!

— Я тебя обманул, — честно признался.

— Ты что же, собирался обесчестить меня бесплатно? — опешила подавальщица.

— О, милая, ты хоть помнишь, как твоя честь выглядит?

— Да как ты смеешь! Рик, убей его!

Детина послушно шагнул ко мне, размахнулся. Я скрестил запястья, соединяя выжженные на моей коже руны.