Чернокнижник

Армон выдохнул с облегчением.

Удар он скорее почувствовал, чем увидел, и тренированное тело отклонилось быстрее, чем оборотень успел подумать. Он присел, пропуская над головой острые когти Ромта. На замах времени не было, и Армон впечатал в бок пятнистому кулак правой руки и сразу врезал левой снизу в челюсть, вкладывая в удар силу своего распрямляющегося тела. Но сокрушительного, как он ожидал, эффекта не получилось. Ромт двигался просто невероятно быстро, а обернуться, чтобы успевать за ним, у Армона не было времени и пространства.

Приходилось использовать частичную трансформацию, в которой он остался после попытки перепрыгнуть стену.

Второй бросок пятнистого он снова почти пропустил, когти располосовали ему часть щеки и плечо, лишь чудом не задев артерию. Один из хвостов Ромта скользнул по ноге, обвился и дернул, заставляя Армона потерять равновесие и рухнуть на землю. Он откатился сразу же, и вовремя — в мягкий дерн, где миг назад была его голова, вошли загнутые когти пятнистого. Выгнувшись, оборотень впечатал ногу в бок нападающего, тот покачнулся.

И воспользовавшись этим мгновением, Армон бросил свое тело вперед, снося Ромта и опрокидывая его на примятую траву. Пятнистый упал упруго, сгруппировавшись, но всего на одно мгновение его голова откинулась, открывая шею. И этого мига Армону хватило бы, чтобы разодрать когтями мягкое горло, вырвать одним рывком гортань.

Но он не стал. Лишь ударил Ромта в голову, намереваясь оглушить. Прием, сваливший бы с ног лошадь, заставил пятнистого зарычать и вновь повалиться в траву, но сознания не лишил.

И Армон сделал в памяти зарубку — кем бы ни было это создание, но силы в нем немало.

И жаль, что он его враг.

И отскочил в сторону, пригибаясь и группируясь, настороженно следя за движениями Ромта. Тот перевернулся и тоже поднялся на ноги, потер челюсть, сплюнул на землю кровь.

Армон опустил голову, готовя тело к обращению в прыжке, но все еще оттягивая этот миг. Два зверя застыли друг напротив друга, оскалив клыки и сверля друг друга взглядами.

Тела дрожали от напряжения, каждая мышца — словно стрела, готовая сорваться. И каждый знал, что из этой драки выйдет лишь один победитель.

— Хреновое у вас гостеприимство, — бросил Армон, не меняя позу.

Ромт мигнул. В золотых глазах мелькнуло… удивление.

— Какие гости, такое и гостеприимство, — хмыкнул он, но клыки спрятал и выпрямился. — Ходи — оглядывайся, оборотень.

Дернул хвостами и ушел в заросли травы.

— Отлично, — процедил Армон.