Благословение небес

Если бы тогда в саду мне показалось, что вы отдаете себе отчет в своих действиях, обращаясь с таким предложением к мужчине моих лет и с моей репутацией, я непременно принял бы ваше предложение, но после этого мы вряд ли бы стали тратить время на танцы. Скорее всего мы нашли бы занятие поинтереснее.

— Я вам не верю, — ответила шокированная Элизабет.

— Чему вы не верите? Тому, что мне хотелось утащить вас в кусты и заставить млеть в моих объятиях? Или тому, что у меня хватило сил удержаться от искушения?

Элизабет изо всех сил боролась с охватившей ее предательской слабостью.

— В таком случае почему у вас не хватило на это сил в доме лесника? Ведь вы знали, что я не ожидала застать вас там.

— А почему остались вы, — в тон ей ответил Ян, — когда увидели, что я все еще там?

Элизабет взволнованно откинула со лба прядь волос.

— Я понимала, что мне нужно уйти, — призналась она. — Не знаю, почему я этого не сделала.

— Вы не сделали этого по той же причине, что и я, — мы хотели друг друга.

— Этого нельзя было делать! Это было опасно и… глупо!

— Глупо или нет, — с усмешкой констатировал Ян, — но я хотел вас. И хочу сейчас.

Взглянув на него, Элизабет сделала ошибку, потому что его янтарные глаза мгновенно парализовали ее волю и снова потянули к себе. Она опустила руки, и шаль соскользнула с ее плеч, но Элизабет даже не заметила этого.

— Мы оба ничего не выиграем, если и дальше будем притворяться, будто то, что произошло между нами в Англии, забыто, — грубовато сказал Ян.

Элизабет чувствовала, что если сейчас станет отрицать это, Ян, возмущенный ее ложью, немедленно уйдет. Разум говорил ей, что надо солгать, но она все-таки не сделала этого. Его признание слишком много значило для нее.

— Хорошо, — дрожащим голосом сказала Элизабет, — вы правы.

Ее обвиняющий тон вызвал у Яна улыбку, и голос его смягчился до бархатного тембра:

— Иди ко мне, Элизабет.

— Зачем? — дрожа прошептала она.

— Чтобы мы могли закончить то, что начали на том уик-энде. Элизабет в ужасе смотрела на Яна и, несмотря на неистовое желание поддаться его призыву, резко мотнула головой:

— Нет.