Битва веков

— А здесь мы отчего стоим, княже?

— Ждем, когда Девлет-Гирей устанет страдать от мук выбора, — ответил Зверев. — У него сейчас большая проблема. Он вдруг понял, что его заперли в ловушке. Он не может пойти назад, домой в степь, потому что мы загораживаем ему путь. Ему некуда идти вперед, впереди его не ждет ничего, кроме московских крепостных стен с пушками. Посады он самолично сжег в прошлом году и ни на какую добычу не надеется. Османская шавка собиралась взять нашу столицу, но сделать это, имея в тылу крупную армию, совсем не просто.

Даже невозможно. Если он сядет перед Москвой, мы подступим и зажмем его там, он окажется между двумя стенами. Крепостной впереди и нашей, гуляй-города, сзади. У него сто двадцать тысяч человек, двести тысяч лошадей. Всей этой ораве нужно что-то есть, а его припасы не безграничны, и трава возле дороги уже потравлена.

— Он может распустить часть людей для грабежа.

— Не может, — покачал головой Андрей. — Все, что можно, разграблено прошлым летом. А то, что уцелело, находится в городах.

В той же Москве. Но Москву с нами за спиной ему не взять. И назад не уйти. Татары попались. К тому же через гуляй-город мы никаких полусотен для изгона не пропустим, это ты перемудрил. Обложим крепко, прижмем к крепости — и пусть пухнут.

— Выйти к столице, свернуть на другую дорогу… — предложил боярский сын."

"— Через Москву круг выйдет, нам вдоль Оки быстрее. Мы его и на другой дороге встретим. И все начнется сначала, а припасы не бесконечны.

— Оставить часть армии здесь, напротив нас, а самим уйти мимо Москвы, — продолжил перебирать варианты Андрей.

— Если мало оставить, мы сомнем. Оставить треть армии, чтобы спасти свою шкуру — от позора по гроб жизни не отмоешься. К тому же, если жертвовать третью армии, зачем уходить? Проще бросить воинов на штурм. Победа, в отличие от бегства, принесет славу. Кто тогда посмеет попрекать его жертвами?

— Значит, он пойдет на нас?

— Не знаю, Андрей, не знаю. Ему нужно или рискнуть и попытаться взять Москву, оставаясь между молотом и наковальней, а потом сидеть в ней в осаде.

Мы ведь его обратно не выпустим, так? Сидеть, пока от голода не загнется. Или кидаться на нас и прорываться на свободу. В любом случае без штурма ему теперь никак не обойтись. Татары всегда были сильны тем, что умели убегать от опасности. Пусть Девлет-Гирей попытается повторить этот фокус сейчас.

Крымский хан думал. Долго и мучительно перебирал варианты. Искал самый лучший, единственно правильный.