Бездушный

Я мог направлять ветер куда угодно, я мог усилить его или ослабить, я чувствовал обтекающие корабль воздушные вихри, я будто купался в них, разбивал на тысячи мелких потоков и струек, сжимал и растягивал, заставлял собираться вместе и вновь рассыпаться, командуя ими, как армией, дирижируя, словно оркестром...

Наш пузатый двухмачтовик летел по волнам невесомой скорлупкой. Солёные брызги взметались выше бортов и били в лицо. Пена от расходящихся влево и вправо водных бурунчиков уносилась прочь за корму со скоростью метеора.

К месту морского боя мы заходили по широкой дуге. Любому стороннему наблюдателю могло показаться... А впрочем, не так. Любой наблюдатель был бы на сто процентов уверен, что крупный имперский корабль и вправду желает отсечь флотилию флибустьеров от открытого моря и от границы между разными магиями. Хочет не дать им уйти и собирается уничтожить их там, куда они по глупости сунулись.

Мы с «вором» стояли на палубе и, вцепившись в специальный леер, чтоб не упасть, изо всех удерживали накрывающую корабль защитную сферу.

Никто из сражающихся не должен был ничего заподозрить. На мачте сине-зелёный стяг, на борту маги, объект вышел в море из Горок... Кем ещё он может быть, кроме как боевым кораблём Великой Империи?

Правду о нём знали пока только мы, и наверняка подозревали на флибустьерском флагмане. Примерный план совместной атаки мы обсуждали с Дайрусом ещё в Драаране. Сейчас мой первый помощник пытался зайти борт в борт к основному противнику — кораблю под штандартом здешнего магсовета, «однокласснику» нашего.

Командовал там, если верить Рушпуну, лично глава совета мастер Пара́ус, маг-экзекутор пятого уровня. Шишка, судя по рангу, большая. И наверняка опытная и умелая — других командовать форпостом на юге Конклав бы навряд ли поставил. Магическую защиту над своим судном Параус, по крайней мере, выставил плотную. Она могла отбивать даже стрелы, выпущенные в упор из установленных на «дракалерах» баллист...

— Вёсла на воду! — рявкнул я, выключая пластину «ветер».

До имперского флагмана оставалось менее сотни метров. Мы пересекали его курс по корме классическим «кроссинг-Т».

— Право табань!

Гребцы упёрлись в вальки́, вода по правому борту забурлила, запенилась...

— Левые, правые — навались! Полный вперёд!

Корабль, завершив манёвр, вновь начал набирать ход. Он нёсся теперь вдогон к систершипу, не то собираясь встать к нему в пеленг, не то вообще притереться бортами.

Дистанция стремительно сокращалась.