Бездушный

Догнавшая нас «дракалера» Дайруса, встала борт в борт с вражеским флагманом, и расклад сил опять изменился. Причём, кардинальнейшим образом.

Получив подкрепление, мы наконец сумели пробить-продавить строй вражеских мечников, и регулярный бой сразу рассыпался в хаос беспорядочных схваток, в которых у пиратов и каторжников имелось неоспоримое преимущество. Благородные денди среди них отсутствовали, как класс, а резать противников один на один (а ещё лучше двое на одного и в спину) им было сподручнее, чем рубиться стенка на стенку.

Перевес, к слову, наметился и в противостоянии магов. Батальеры, имеющие при себе рунные камни, вносили в него свою лепту, и хотя против магов третьего-пятого уровня они не катили, имперцам приходилось на них отвлекаться, и это давало весомые бонусы мне и Аршафу.

Одного чародея мы таким образом как раз и прикончили. Чудик раскрыл на мгновенье защиту, чтобы пальнуть файерболом в очередного пирата, но в тот же миг ему прилетело «копьё» от меня и «лезвие» от напарника.

Картина пронзённого и разрубленного пополам мага отозвалась в наших рядах восторженным рёвом. Каторжники с флибустьерами замахали клинками с удвоенной силой. Гвардейцы откатились практически к квартердеку, победа, казалось, уже близка, но затем ситуация на поле боя снова переменилась. Теперь уже в пользу имперцев.

Один из их кораблей, до этого более-менее успешно дравшийся с парой пиратов, заметил, что флагману туго, и ринулся на помощь собрату.

Мы вновь начали отступать, но продлилось это опять же недолго.

Спустя полминуты к сцепленным вместе «галеатам»-двухмачтовикам подгребли оставшиеся без противника «дракалеры», и чаша весов снова склонилась на нашу сторону.

А дальше пошёл форменный беспредел.

Все находящиеся в гавани корабли, и наши, и вражеские, и торговцы, будто бы подгоняемые высшими силами, меньше, чем за пятнадцать минут, собрались вокруг нас и вражьего флагмана в большую и беспорядочную кучу-малу, сцепившись в яростной схватке «наши против не наших», не жалея ни себя, ни противника.