Бездушный

И этим всё было сказано. Где море, там и торговля. А где торговля, там деньги.

— А с этим что будем делать? — выступил вперёд очередной каторжник и, закатав рукав, показал выбитый на запястье номер.

— Видите, что здесь? — закатал я тоже рукав.

— Не видим... Там нет ничего... — крикнули мне сразу несколько голосов.

— В том-то и дело, что нет. А раньше было. Девяносто четыре семьдесят шесть. Было, да сплыло. И если вы пойдёте со мной, у вас тоже не будет. Дело сделаем, городишко почи́каем, и не будет. А после идите, куда хотите.

— А как мы отсюда свалим? — нашёлся ещё один сомневающийся. — Тут же болото везде. Мёртвые топи. А за болотом лес... Гиблый.

— Повторяю ещё раз, — возвысил я голос. — Как выбраться из Урочища — забота моя. Ваша — только решиться. Кто за, остаётся в строю. Кто против, идите к кузне, где вертухаи.

Решение зэки принимали недолго. Уже через пару минут толпа окончательно разделилась. Бо́льшая часть осталась стоять на месте, меньшая переместилась к кузне. Пересчёт показал: со мной решили идти двести три из двухсот девяносто двух заключённых. Примерно две трети, как и предполагалось — за проведённые на каторге месяцы я всё-таки смог изучить контингент и царящие в нём настроения.

Что любопытно, в нашу команду влились и двое «вольнонаёмных»: сапожник и один из двух подмастерьев лагерного кузнеца, рослый плечистый парень по имени Хруст.

— А что мне тут делать? — пожал он плечами. — Мастером здесь не стать, место занято. А ещё я жениться хочу. Вот только выбрать тут не из кого. Снаружи-то баб точно побольше будет.

Я посмеялся над этой нехитрой шуткой и согласился взять Хруста в компанию. Мастер не мастер, а знакомцу с кузнечным делом в любой шайке-лейке место найдётся...

Из лагеря мы выдвинулись через час.

— Грохнуть его надо было, — поделился Аршаф мыслями по поводу Ридия.

Я покачал головой:

— Я обещал сохранить ему жизнь.

— А ты всегда выполняешь свои обещания?

— Стараюсь.

— Даже врагу?

— Да. Если он выполняет свои.

— Ну, как знаешь, — не стал спорить напарник.

Я тоже не стал продолжать дискуссию. Тем более что и лекаря, и оставшийся там контингент с персоналом я раскулачил по полной.