Бессердечный граф

 – Вы, уверена, никогда не видели такой прекрасной, такой умной штуки!

Это была музыкальна шкатулка длиной не меньше трех футов и с фут высотой. Ящичек из полированного розового дерева, украшенного золотом и инкрустацией, стоял на собственном столике такого же дерева.

– Давай попробуем другую! – предложила Кассандра, выдвигая ящик в передней части столика.

Хелен достала оттуда латунный цилиндр, поверхность которого щетинилась сотнями крошечных иголок.

– Видите? – возбужденно сказала Пандора, указав на ряд таких же цилиндров.

Кэтлин в восхищении молча покачала головой.

Хелен установила в шкатулку новый цилиндр и повернула латунный рычажок. Зазвучала бодрая, веселая мелодия: увертюра к опере «Вильгельм Телль», – вызвав бурную реакцию близняшек.

– Сделано в Швейцарии, – заметил Девон, разглядывая табличку на внутренней стороне крышки. – На цилиндрах – увертюры к разным операм: «Поцелуй», «Цампа»…

– Не понимаю только, откуда она взялась…

– Это доставили сегодня для меня.

В комнате стало тихо.

Хелен взяла со столика сложенную записку и протянула Девону. Хоть лицо ее оставалось спокойным, глаза выдавали недоумение.

– Он… – начала она неловко, – то есть мистер Уинтерборн… кажется, думает, что…

Девон посмотрел ей в глаза и прямо сказал:

– Я разрешил ему за вами ухаживать. Да, это так, но только если вы не против…

– Что? – вырвалось у Кэтлин.

По правде говоря, она возражала всеми фибрами души. Уинтерборн не подходит Хелен ни в каком отношении: это любому ясно. Если она выйдет за него замуж, ей придется встраиваться в совершенно чуждую ей жизнь.

Увертюра к «Вильгельму Теллю» неслась по комнате с пугающей бодростью.

– Категорически нет! – бросила Кэтлин Девону.

На это Девон спокойно заметил:

– Это должна решать Хелен. Не вы.

С этим упрямым выражением лица и напряженными чертами он выглядел точно таким же высокомерным мерзавцем, каким она увидела его впервые.

– Что вам пообещал Уинтерборн? – напрямик спросила Кэтлин. – Что приобретет поместье, если он женится на Хелен?

– Мы обсудим это наедине, – жестко заявил Девон. – В моем кабинете.