Беременна в расплату

Покачиваясь, чуть не валюсь обратно.

Ноги словно не мои, а две культи неживые. Деревянные.

Но я упрямый. Я не превращусь в ни на что несспособное желе! И неподвижным инвалидом тоже быть не собираюсь!

Упираюсь обеими руками в стену.

Ползу. Ползу вперед, буквально рухнув на нее.

Три метра тамбура кажутся длинней, чем вся пустыня раньше.

Но я их прохожу.

Вползаю на негнущихся ногах в коридор.

Мышцы горят так дико. Будто их из меня вырывают с каждым движением, с каждым шагом!

И каждый шаг как подвиг, после которого хочется свалиться без сил.

Красные всполохи перед глазами даже от такого смешного усилия!

Ненавижу. Ненавижу слабость во всех ее проявлениях. У чужих слабость прощать нельзя. Слабаки самые страшные люди. Те, кто на шею сядут. Если пожалеть и за все благодеяния нож воткнут в спину. И оправдают себя собственной слабостью. Всегда оправдают.

Оправдывать нельзя. Нельзя прощать. Эти уроды говорили о богах и дьяволах. И кто-то скажет, что мудачье. Что по божьему нужно понять. Помочь слабому.

А ни хрена.

Не по-божьему такое.

Ведь слабость хуже подлости. Хуже предательства! Хуже всего!

И если прощать и возиться, если сразу в кипящий котел не забросить, снова и снова такие будут сваливаться на шею. Снова и снова вонзать нож в спину. И проворачивать там. Сто раз проворачивать, наблюдая, как ты подыхать будешь!

Сжимаю зубы еще сильнее. Закусываю щеку изнутри.

Все можно понять и простить. Кроме слабости. Ненависть, измену, убийство.

Все!

И эту проклятую слабость я из себя должен вытравить! Должен победить! И это важнее, чем выстоять против десяти бойцов на ринге, которых мне уготовили! Важнее всего! Иначе какой смысл в том, что я выжил?

Проползаю коридор.

Заставляю себя оттолкнуться от стены.

Пусть и шатает.

Пусть ноги словно рассыпаются. А через каждый шаг я с грохотом валюсь в сторону, бьюсь со всего размаху о стены узкого коридора.

Я должен. Должен.

Вот и ванная.

Тяжело опираюсь об умывальник. Приходится остановиться.

Набираю полные пригоршни ледяной воды.

Пью. Дико. Жадно. Адски ненасытно.

Похоже, вот этого я из себя уже никогда не вытравлю.

Один звук воды, и тело будто превращается в пересохшую губку.

И хочется пить. Лакать. Впитывать в себя, пока не раздует. И даже когда уже в горле вода стоит, все равно ее хочется. Впрок. Жадно. Чтобы никогда больше не чувствовать себя пересохшим!

Но больше не лезет в глотку, и я жадно обмываю лицо.