Бастарды

Мужчины ежились и прятали глаза, украдкой поглядывая друг на друга. Наконец, Разман не выдержал и, разведя руками, заговорил.

– Если разобраться, то по большому счету там ничего такого и не было. Просто все боятся, что после того, что ты сотворил с теми стражниками, в тебе проснулся вкус к убийству. Вкус к крови. Многие на этом ломались.

– Значит, по-вашему, я не имел права на месть. Я должен был дать им спокойно уйти. Или еще лучше, сдаться на милость сатрапа.

– С ума сошел? – хором воскликнули мужчины.

– Тогда что? Чего вы хотите? Я не понимаю вас.

Что я сделал не так?

– Ну понимаешь. Эта твоя схватка с бароном, в общем, ты…

– Что, я? Хватит телиться. Говорите толком, а то только блеете и, как бабы, глаза прячете. Что там было не так? – разозлился Ал-Тор и глаза его недобро сверкнули.

– Ты мог убить его быстро, а убивал так, что даже нам страшно стало, – ответил Топ-Гар, задетый за живое словами юноши.

– Вот оно что. Верно. Я мог убить его быстро. Но только ты не прав, сотник. Это не я его медленно убивал.

Это он меня заставил медленно умирать, убив все, о чем я мечтал. Я почти не помнил ее. Я мечтал, что смогу получить сейчас то, чего не мог получить в детстве. Заботу матери, ласковое слово, добрый совет. А он убил все. И не просто убил, а заставил ее мучиться. Ведь она терпела эту боль от стрелы до самого конца, пока мы не прискакали в лагерь, и ни словом, ни стоном не выдала, не показала, что ей больно. А ведь она не воин. Она женщина, – ответил Ал-Тор и, развернувшись, направился к костру.

Топ-Гар растерянно смотрел, как молодой, сильный мужчина бредет по степи, словно древний старец. Казалось, что все беды и боль этого мира навалились ему на плечи, пытаясь согнуть, сломать его.

– Ты имел право на месть, сынок, – медленно проговорил Топ-Гар вслед юноше и, развернувшись к стоящим рядом, свирепо добавил: – Не дай вам боги попробовать осудить его. Лично на куски порву."

"– Ты в своем уме, сотник? Совсем мозги растерял на старости лет? Ты кому это говоришь, старый пень? – прорычал кузнец, сгребая Топ-Гара за плечи и держа перед собой, как кольчужную рубашку.

Ноги сотника не касались земли.

– Поставь на место, – ответил Топ-Гар совершенно спокойным голосом. Разман послушно поставил сотника на землю и отступил, смущенно потирая руки.

– А ты чего стоишь? – напустился сотник на Такеши, словно ничего не случилось. – Взялся хранить, так храни, как следует. А то мастер уже один ифрит знает где, а он болтается тут, как ослиное дерьмо в омуте.