Бабулька на горошине

 – Раньше в каждом дворе петух кричал. А сейчас тишина! У Димкиных только живность имелась. Наша деревня теперь лишь летом оживает. Баба Клава, моя соседка слева, лет ей восемьдесят стукнуло, зимует в городе у сына. Приезжает в апреле, на свежем воздухе ползает до октября. Справа баба Маша живет, та же история. Пройдитесь, поглядите по сторонам, большинство домов закрыто до тепла. Отопления здесь нет, газ в баллонах, хорошо, что воду провели. Да бабы по-прежнему белье в речке полощут зимой и летом, для готовки из колодца воду берут, из трубы им хлоркой воняет.

– Просто я подумал: как люди без хорошо оплачиваемой работы выживают, – выкрутился я, – наверное, с помощью натурального хозяйства. Вот и решил купить курочку домашнюю на суп.

– В Грунске вы ее не найдете, – отрезал полицейский, – езжайте в Звякино к Анатолию, передайте ему от меня привет.

– Спасибо за адрес, – поблагодарил я участкового и решил пройтись по селу.

Я выехал на дорогу из бетонных плит и позвонил Борису с вопросом:

– Как дела?

– Выяснил, что лекарство, которое дают курам, в России не производят, – отрапортовал батлер. – И во многих странах его запретили из-за того, что мясо, а в особенности бульон, может оказаться токсичным для человека. Но препарат разрешен и производится в одной бывшей союзной республике.

– Мда, – пробормотал я, – не все фермерское полезное, свежее и питательное.

– А у вас что? – осведомился мой помощник.

Я рассказал о беседе с участковым и добавил:

– Я пытался поговорить с пятью местными жителями, но они все в состоянии сильного подпития.

– У Якова есть подельник, – продолжил Борис, – они общались в личном чате. Человек скрывался под ником Мидав, что меня позабавило.

– Почему? – спросил я.

– Прочитайте имя наоборот, – попросил Борис.

– Вадим, – произнес я, – право, это глупо!

– Общение скрыто от посторонних глаз, – напомнил помощник. – Наверное, мужики решили, что надежно себя обезопасили. И…

– Боря, простите, я подъехал к воротам фермы, ко мне приближается здоровенный мужик с вилами в руке, перезвоню позднее, – скороговоркой произнес я и вышел из машины.

– Вы Иван, сыщик? – забыв поздороваться, прогудел незнакомец.