Арест

Оба желания одинаково срывают крышу, переполняют изнутри. Чудовищное сочетание. Убийственное.

А эта его улыбка. Дьяволова. Улыбка Люцифера, который заключает очередную душу в адский плен, погружает в последний круг пекла.

Наверное, любая девушка была бы рада предложению руки и сердца после вот такого случайного секса. Безумная ночь. Порочная. Развратная. Грязная. А после обручальное кольцо. Но я не рада. Совсем. Ни капли. Содрогаюсь от ужаса.

Господи. Чистый бред.

Я хочу этого мужчину. И боюсь его до дрожи. Не доверяю ему.

И доверяю. Меня раздирает на части. Я так мечтаю проникнуть в его тайны. Но понимаю, что там ничего хорошего и светлого не найти. Только тьма. Мрак. Густой, беспроглядный. Этот мрак сожрет, уничтожит, не оставит и тени от моей жалкой фигуры.

Да. Вот. Я лишь фигура на его шахматной доске.

Нельзя обманываться. Нельзя влюбляться.

Я нужна ему. Для какой-то цели. Отыграю роль и отправлюсь обратно в коробку. Или в гроб? Дыхание перехватывает, а живот сводит судорога.

— Я не причиню тебе вреда, — говорит Адам.

 — Я не из тех, кто обижает женщин. Я рано потерял своих родителей, но я прекрасно понимаю значение семейных ценностей.

— Ты пугаешь меня, — признаюсь честно.

— Улыбнись, — вдруг произносит он.

— Зачем? — еле двигаю губами.

— Красиво выходит.

— Адам, я…

— Мне нужна идеальная биография. Идеальная жена. Идеальная семья. У твоего отца отличные связи. В политической среде. В Сенате. Его рекомендация на вес золота.

— Даже после тюрьмы? — хмыкаю. — После конфискации?

— Я задействую нужные рычаги, — усмехается.

 — Ему не стоит переживать. А тебе стоит наладить с ним контакт. Снова. Всем нам необходимо лучше узнать друг друга. Чаще бывать на людях.

— Чего ты добиваешься? — спрашиваю и помедлив, прибавляю: — Стать видным игроком на бирже? Хотя нет. Надо выше брать. Сенат. Хочешь в политику?

— Я планирую получить пост президента, — выдает абсолютно серьезно.

— Прости, — шумно втягиваю воздух. — Что?

— Для начала меня устроит должность Государственного секретаря.

— Ты шутишь? — запинаюсь. — Пожалуйста, скажи, это шутка.

— Боишься стать первой леди? — накрывает мои сцепленные в замок ладони своей огромной рукой, опаляет заледеневшую кожу неистовым жаром. — А если разрешу перекрасить Белый дом?

Ясно. Нас просто убьют. Обоих. Ну или его прямо из ресторана заберут в психушку. Третьего не дано.

— Если честно, я пока не решил, чего именно хочу, — его глаза пронизывают насквозь, вырывают душу ледяными крючьями.