Аллигат. Исход

Насколько я знаю, у почившего барона во владении в Китае есть… были… торговый пароход и…

— Я знаю, что унаследовала Шэйла, — остановил её жестом руки его сиятельство, мельком заглядывая в окошко.

Карета по-прежнему ехала не спеша. Лай собак и частые встречные экипажи известили, что они въехали в предместье Лондона.

— И всё это нужно отдать её матери? — едва не подавилась воздухом Ольга. — А у неё не…

— После столь щедрых отступных маркиза оставит дочь в покое, — оборвал её на полуслове Мартин.

— Ей следует узнать всё о бароне Спарроу и о новорожденной внучке, — не унималась Ольга, ощущая прилив крови к лицу.

Она чувствовала себя странно. Почему торгуется о сумме чужого наследства, а не заботится о законности происходящего и своей роли в подлоге. Она станет соучастницей преступления! Не просто соучастницей, а главным действующим лицом! И в этот раз предложение исходит от всеми уважаемого аристократа, а не от безвестного мистера Уайта с сомнительной репутацией.

Граф усмехнулся:

— Половины всегда мало, какой бы большой она ни была. Человеку присуще хотеть всего.

— И сразу, — поморщилась Ольга. — Значит, я должна поставить на дарственную — поддельную! — подпись, а вы сделаете так, чтобы маркиза поверила в её подлинность и искренность желания дочери.

— Ваши подписи и до сих пор не были истинными, — уточнил мужчина едко.

— До некоторых пор я была Шэйлой, а не мадам Ле Бретон, — парировала она. — Что станет с Шэйлой дальше? Вы не подумали о том, что она может не согласиться с вашими доводами? Речь идёт об огромном состоянии.

— Я знаю Шэйлу достаточно хорошо, чтобы предположить, чего может она желать в свете вскрывшихся обстоятельств. Я обеспечу ей и ребёнку должный уход. Она вернётся в поместье Малгри-Хаус и будет видеть перед собой знакомые лица, будет видеть ваше лицо.

— Обо всём? — уточнила Ольга с сомнением. — И об измене её мужа? И о причине развода?

— Обо всём.

— И о работе в книжной лавке?

Мартин не возразил.

— И о ваших чувствах к ней? И… — замолчала она, видя, что её понимают.

Он не ответил. Стянул перчатки, закрыл глаза, потирая лоб.