Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона

– Только, святой отец, я не знаю, как мне поступить с еретиками, что несли носилки?

– Передай их моим людям, сын мой, монахи отведут их в свинарник, где запрут на замок…

– Простите, ваше преподобие, я они, часом, не сбегут? – Поинтересовался сенешаль.

– Стены там крепкие, двери дубовые. Господь не допустит…

– Слава Господу Богу… – перекрестился Ги.

– Во веки веков! Аминь… – ответил аббат.

Монахи быстро приняли тела убитых и раненых воинов, разместили рыцарей в просторной трапезной, а оруженосцев и конюхов отвели к служебным зданиям, где те могли отдохнуть и позаботиться о конях.

Ги сидел рядом с Бушаром, уткнувшись взглядом в каменные плиты пола трапезной. Он устал и был подавлен смертью многих из его верных и храбрых товарищей.

– Да ладно тебе, Ги, не убивайся так… – Бушар тихонько подтолкнул его. – Видимо, так Богу было угодно…

Ги поднял голову и отстраненно посмотрел на него. Бушар перекрестился и добавил:

– Вот, когда ты так смотришь – меня, право, озноб начинает колотить! Пойми же, Ги, такова судьба крестоносца…

– Да-да… – рассеянно ответил Ги, услышав тихие шаги аббата. Он поднял голову и произнес. – Бог вам в помощь, ваше преподобие…

Аббат улыбнулся и, пристально глядя на него, спросил:

– Мессир рыцарь, сдается мне, что мы уже раньше встречались с вами.

– Да, святой отец. – Ги встал и поклонился. – Восемь лет назад, перед битвой при Мюре я и его светлость граф де Монфор изволили остановиться в ваших стенах и помолиться Господу…

– Господи… – опешил аббат. – Как летит время! Так это были вы, сеньор рыцарь? Простите, но я не сведущ в геральдике и не могу по гербу распознать имя рыцаря…

– Сенешаль Каркассона и маршал де Ла Фо, сеньор Ги де Леви, рыцарь… – поклонился Ги.

"– Большая честь видеть вас в наших стенах, сеньор сенешаль. – Поклонился аббат. – Хвала Господу, что в здешних местах еще служат воины Креста, защищающие католиков и сражающихся против ереси.

– Ваши слова, святой отец, да Богу бы в уши… – пробурчал Бушар де Марли, переминавшийся с ноги на ногу все время, пока Ги беседовал с аббатом.