Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона

Просто удивительно, как смогло сохраниться католическое аббатство среди всех ужасов религиозной и феодальной войн. Этот, относительно спокойный, островок католической веры держался только благодаря самоотверженности монахов, обрекшихся себя на крестный подвиг среди ереси. Стены аббатства помнили славного графа Симона, который именно здесь, накануне страшной битвы при Мюре, совершил ночное бдение и освятил свой меч на алтаре, посвятив его и всю свою жизнь Кресту.

Аббатство более походило на укрепленное селение, чем на мирное религиозное заведение.

Отзвуки войны внесли свои коррективы в мирный уклад жизни монахов и вынудили их обнести низенькой стеной небольшую территорию, включавшую в себя здание аббатства, церковь, часовню, амбары и небольшой садик, где в изобилии росли груши, персики и виноград. Монахи увидели подходивший к ним отряд и не сразу открыли тяжелые ворота, они опасались местных повстанцев и, в особенности, лишенных владений феодалов, которые превратились в настоящих разбойников, не знающих веры и чести.

Но, разглядев знамена крестоносцев, аббат приказал раскрыть ворота и вышел лично встретить столь редких, но дорогих гостей. Рыцарей Креста несчастный приор не видел здесь уже несколько лет. Старик был несказанно рад осенить крестом воинов, но вид тяжелораненых и убитых крестоносцев расстроил несчастного аббата.

– Входите в стены Господни, дети мои… – грустно произнес аббат, осеняя воинов крестом. – Вносите своих друзей. Господь с радостью примет всех своих детей…

– Благослови вас Господь, святой отец.

 – Сенешаль спрыгнул с коня и, прихрамывая, подошел к аббату.

На вид, ему было лет шестьдесят. Его седины и морщины, покрывшие лоб и прорезавшие глубокие складки по бокам рта, говорили о больших переживаниях, выпавших на долю этого человека. Он глубоко вздохнул и, опираясь на посох, протянул руку крестоносцу. Ги де Леви встал на одно колено и поцеловал руку аббата. Бушар де Марли и остальные рыцари спешились и отдали дань уважения сану и возрасту прелата.

– Господь милостив ко мне, сеньор рыцарь. – Аббат вытер слезу, набежавшую в уголок глаза. – Он не дал мне умереть, не увидев креста на груди нашего воина…

– Живите сто лет, святой отец… – Учтиво ответил сенешаль. – Просим оказать христианскую помощь. Среди моих воинов есть раненые, а убитых мы хотим похоронить по-христиански.

– Ваша воля священна для скромных слуг Господних, сын мой… – ответил аббат и провел сенешаля во внутренний двор.